Книга: Механизмы некромантии
Назад: ГЛАВА 7
Дальше: ГЛАВА 9

ГЛАВА 8

С громким охом я села в кровати и, проморгавшись, огляделась. Определённо, я в лазарете, рядом никого.
  Мне что… приснилось?
  Голова отзывалась глухой болью на любые попытки связать с действительностью то, что я видела. Слишком… реально. Или это все последствия целительских зелий? Странно, раньше мне кошмары не снились…
— Проснулась? — улыбнулась Кариша, заглянув за занавеску. — Мы думали, ты до завтра продрыхнешь.
  Стоп. Хенрим говорил, что от этих зелий самому проснуться невозможно. Значит, точно не сон… Впрочем, чего гадать.
— Скажите, а долго я?..
— Сегодня третий день, — любезно подсказала временная заведующая лазаретом и сокрушённо покачала головой. — Первые сутки было очень тяжело. Мы с Хенримом от тебя ни на минуту не отходили. Перепугала ты всех, девочка.
  И я, шумно выдохнув, обессилено откинулась на подушку.
  Значит, не приснилось. Ни зачёт, ни лич, ни… Воспоминание о насмешливом голосе из прошлого неожиданно не испугало, а вызвало глухую ярость. Я сомневалась, что он способен говорить со мной на расстоянии, но одно то, что в момент моей нестабильности я услышала в голове именно его, заставляло скрипеть зубами и бессильно сжимать кулаки.
  Как убрать эту тварь из своей головы?! Как выпихнуть из разума, чтобы не отравлял его?! Что мне нужно для этого сделать?!
  Чтобы хоть как–то отвлечься, я попросила у Кариши свою одежду и принялась медленно переодеваться, настойчиво задвигая посторонние мысли куда подальше.
  Нужно дождаться наставника или мозгоправа. Они точно ответят на мои вопросы…
  Я как раз надела рубашку, когда услышала за спиной насмешливое:
— Привет, героиня.
  Лишь после того, как была застёгнута последняя пуговица, я повернулась и увидела, что у шторки стоит полуэльф. Выглядел он уставшим, и мне на миг стало стыдно. Сомнений в том, из–за кого он измотался, не было.
— Ляг и полежи спокойно, все разговоры потом, — сурово предупредил он. — Мне нужно провести осмотр и оценить твоё состояние.
  Спустя десять минут, когда я уже начала кусать губы от нетерпения, Хенрим наконец–то распрямился и уселся в кресло рядом с койкой.
— Итак, ты ещё не в порядке, — бесстрастно проговорил он. — Слишком близко подошла к критическому уровню. Критически близко, прости за тавтологию. Тебе понадобится ещё дней пять, чтобы все энергетические каналы пришли в норму. Я пропишу тебе целый комплекс, — потянулся к столику, на котором лежали письменные принадлежности. — Его нужно будет пропить недели две, без перерывов. Договорились? — остро глянул на меня.
— Разумеется, — вздохнула несчастно. — Я прекрасно понимаю, в каком тяжёлом состоянии была ещё недавно.
— Вот и отлично, — пробормотал полуэльф, торопливо строча на листике рецепт.
— А… что с личем? — робко спросила я.
— Упокоен, конечно же, — не отрывая взгляд от написанного, отозвался он. — Ты Ника не дождалась какие–то несчастные две минуты.
— А как он туда попал, выяснили?
— Вот это спросишь у Ника, он все равно скоро придёт, — Хенрим оторвал кусок листа и задумчиво на него посмотрел. — Пожалуй, отдам его Карише, чтобы собрала тебе все лекарства сразу. Я сейчас вернусь.
  И вышел. Судя по звуку — из лазарета вообще.
  Мозгоправа не было долго. Настолько, что я успела заскучать и слегка умереть от любопытства. Потому магистру Кайндорфу, который пришёл раньше, чем вернулся его друг, я искренне обрадовалась.
— Хорошо, что ты уже пришла в себя, — улыбнулся он, ставя на пол объёмную сумку. — Вообще последние дни были очень сумбурными. Пожалуй, и к лучшему, что ты из них выпала, — он присел рядом с принесённым и принялся рыться внутри.
— Наставник, я пропустила что–то важное? — осторожно спросила я.
— Я долго думал, с чего начать и как ничего не упустить, — отозвался тот, извлекая из недр сумки широкую треногу. — И решил, что показать будет проще и удобнее.
  Тренога заняла своё место на прикроватной тумбе, а сверху была водружена сфера. И только после этого я узнала прибор.
— Это изобретение наставника Оревдайр? — уточнила я. — Которое записывает и воспроизводит движущееся изображение и звук?
— Да, — магистр Кайндорф осторожно повёл указательным пальцем по тусклой сфере. — Я позаимствовал экземпляр из кабинета Совета некромантов, где проходил разговор.
— А так разве можно? — изумлённо выдохнула я.
— Не очень, но мне разрешили, — нехорошо улыбнулся он, а затем пододвинул кресло ближе к моей койке и приказал: — Смотри внимательно.
  Отрывистая команда — и на всю стену развернулось призрачное полотно, отображая малый кабинет главы Совета лорда Атирейна. В центральном кресле восседал он сам, ещё присутствовали два его зама, магистр Кайндорф и неожиданно — Хенрим.
— Два вопроса на повестке дня, — тяжело вздохнув лорд Атирейн и, сняв очки, потёр переносицу. — Откуда на учебном кладбище взялся лич и что делать с леди Ясмирой Ловердейл? Лорд Кайндорф? — он водрузил очки на место и вопросительно посмотрел на спокойного наставника.
— У меня есть ответы на оба вопроса, — спокойно отозвался он. — Сначала по личу. Личность была установлена, так же как и соучастники. Сам лич — это небезызвестный всем маркиз Глэн Илартейн, скончавшийся полгода назад.
— То есть нашёл–таки способ, старый кретин, как стать бессмертным, — недовольно цокнул языком первый заместитель главы лорд Шиларин. — Я так понимаю, он заплатил кому–то, чтобы его закопали на полигоне именно первого курса?
— Да, — кивнул магистр Кайндорф. — Расчёт очевиден: кладбище первого курса никогда глубоко не проверяется, ведь трупы там не закапывают. А с силой самые юные студенты не рассчитывают очень часто. Полгода в земле под постоянным воздействием некросилы — все, лич готов, без вариантов.
— Но старый маразматик просчитался, ведь даже не подозревал, что среди обычных студентов будет Ясмира, — медленно проговорил глава. — Которая, надо сказать, приняла блестящее решение и превосходно его воплотила. Пожалуй, только за это ей можно автоматом поставить «отлично» за предмет «Использование сырой силы в экстремальных ситуациях».
— Пусть доучится до пятого курса, поставим, — усмехнулся наставник.
— Тогда перейдём ко второму вопросу, — лорд Атирейн выпрямился и осмотрел присутствующих внимательным взглядом. — Очень кстати, господин Керриви, что вы здесь, ведь вы специалист в таких вопросах. К тому же, похоже, девочка прониклась к вам доверием, иначе не подпустила бы так близко.
  Я вздрогнула и закусила губу, внимательно всматриваясь в бесстрастное лицо Хенрима.
  Да, я подпустила его слишком близко. И, похоже, обратной дороги уже нет…
— У меня для вас, к сожалению, плохие новости, — бесстрастно произнёс полуэльф. — Я знаю, что вы считаете понижение критического уровня Ясмиры результатом психологического блока. Но, увы, это не так.
— Поясните, — требовательно выдохнул глава.
— Я был в глубоком контакте с разумом Ясмиры, пока она держала лича. Так вот её критический уровень сейчас — это естественная часть личности и ауры. Есть шанс, что он повысится, если убрать последствия подростковой травмы. Но на том уровне, как до трагического случая, он не будет уже никогда.
— Вы в этом уверены, господин Керриви?
— Абсолютно.
  Некоторое время в призрачном кабинете главы стояла тишина. А я… тяжело выдохнула и откинулась на прохладную стенку.
  Не то, чтобы я сильно надеялась… Да что там, я давно смирилась, что полноценным некромантом мне не быть никогда. Но услышать вот так подтверждение все равно… немного больно, да.
— Спасибо большое за сведения, — наконец заговорил лорд Атирейн. — Мы обсудим в Совете полученные сведения. Пожалуй, привлечём ещё специалистов, которые могли бы подтвердить или опровергнуть ваши выводы.
  Я вздрогнула и метнула перепуганный взгляд на наставника. Но тот сидел, бесстрастно уставившись на изображение.
— Вы не будете этого делать, — вдруг властно прозвучал голос Хенрима. — Ни один мозгоправ не подойдёт к ней на расстояние выстрела.
  Шокированная тишина в кабинете и… в моей голове.
  То есть полуэльф… по сути, защищал меня, да ещё и в такой категоричной форме?!
— А вы не забываетесь ли, господин мозгоправ? — надменно процедил глава Совета, выпрямившись. — Вы не единственный хороший специалист подобного профиля.
— Единственный, кого девочка к себе подпустила, как вы сами и сказали, — иронично отозвался тот. — У Ясмиры глубокая фобия по отношению к мозгоправам. И я сквозь неё продрался исключительно благодаря техномагической интуиции, которая у меня тоже имеется, и обширным родственным и дружеским связям с её личным кругом. Любые попытки ваших специалистов расковырять девочку приведут, в лучшем случае, к стремительному росту травматического пятна у неё в разуме.
— А в худшем? — тихо спросил второй заместитель главы.
— Вам какой вариант больше нравится: серия панических атак, которая завершится безумием, или попытка суицида? — жёстко проговорил Хенрим.
— Э–э–э, ни один, — отодвинулся тот.
— Ник? — посмотрел на молчавшего наставника лорд Атирейн.
— Я не мозгоправ, мне судить сложно, — немедленно отозвался тот. — Но при первой встрече с Хенримом у Ясмиры случилась серьёзная паническая атака. Это при том, что он — лучший друг её брата, невеста которого приходится Хенриму сестрой. Я, честно говоря, боюсь предположить, что с ней случится, если её заставят даже просто поговорить с посторонним мозгоправом.
  И опять тишина и молчаливые переглядывания.
— Господин Керриви, — глава вскинул голову и пристально посмотрел на невозмутимого полуэльфа, — вы можете нам гарантировать, что не допустите такого исхода, как безумие?
— В моей профессии что–то гарантировать невозможно, — отозвался тот. — Но я, определённо, сделаю все, что в моих силах.
— Хорошо, сформулирую вопрос по–другому… Можете ли вы обещать, что не прекратите лечение до конца, каким бы он ни был, и будете следить за состоянием Ясмиры?
— Здесь я могу дать слово. Ясмира в зоне моей ответственности.
— Хорошо, — лорд Атирейн тяжело вздохнул и откинулся на спинку кресла, а затем нехотя проговорил: — Раз уж особого выбора у нас нет… Лорд Кайндорф, некромантское образование Ясмиры по–прежнему остаётся на вас. Сами решайте, что ей стоит учить и как сдавать. Господин Керриви… Мы искренне надеемся, что вы поможете девушке.
  На этом запись оборвалась, прозрачный экран просто пропал.
— Прости, дальше пошли государственные тайны, — хмыкнул наставник и, поднявшись, принялся разбирать прибор.
— Слушайте, магистр… — медленно проговорила я, пытаясь собрать в кучу все услышанное.
— М–м–м?
— Вы… кажется, слишком сгустили краски, — по–прежнему медленно, тщательно подбирая слова, произнесла я. — Конечно, моё отношение к мозгоправам сложно назвать адекватным, но такого истерического поведения я тоже не демонстрировала. А вас послушать, я в обморок только при их виде грохаюсь.
— А вот этот вопрос, моя дорогая ученица, тебе лучше задать Хену, — ехидно отозвался тот, складывая прибор обратно в сумку.
— Что мне нужно задать? — невозмутимо спросил полуэльф, заглядывая к нам за шторку.
— Ясмира жаждет знать, с чего ты из неё сделал барышню трепетную, с тонкой душевной организацией, — насмешливо отозвался магистр Кайндорф.
— А, ну это просто, — пожал плечами мужчина, а затем протянул мне небольшой пузырёк. — Залпом, пожалуйста.
  Я, не споря, откупорила бутылек и одним махом выпила содержимое. Под ошарашенным взглядом наставника.
— Ты сама хоть понимаешь, насколько доверяешь этому ушастому прохвосту, девочка? — заботливо, даже несколько жалостливо спросил он.
— Он целитель и помогает, — пожала плечами. — Пока не переступает границы… Какой смысл упорствовать там, где он знает лучше?
— Прекрасная позиция, ещё бы она на твой разум распространялась, — сварливо сказал полуэльф, подтягивая к себе табуретку. — Так вот, насчёт того, что я сказал кабинете главы Совета некромантов… Во–первых, иначе они бы от тебя не отстали, пока ты не прошла целый консилиум мозгоправов. Во–вторых, частично это все же правда: контакт с кем–то, кроме меня, принесёт тебе дополнительный стресс и тревожность. Рост пятна и панические атаки неизбежны.
  И замолчал, отвлекшись на магистра Кайндорфа.
— Я вот чувствую, что есть ещё «в-третьих», но не уверена, что хочу это знать, — тихонько пробормотала я.
— Конечно, есть, — повернулся ко мне Хенрим и коварно заулыбался. — Я очень ревнивый и мне хочется быть единственным мозгоправом рядом с тобой.
— Правильно чувствовала, — меланхолично выдохнула я. — В любом случае, спасибо. Вы очень облегчили мою жизнь.
— Пожалуйста, — усмехнулся тот. — Всегда рад помочь.
— И последний вопрос на повестке и я побежал, а то супруга мне голову открутит любимым гаечным ключом, — наставник задвинул сумку ближе к выходу, а сам сел в кресло. — Если честно, я сомневался, стоит ли тебе это говорить, пока даже эксперименты не начались… Но ваша совместная работа с Хеном тянет на прорыв. Ты понимаешь, что провела на краю критического уровня добрых десять минут, но всё–таки туда не упала?
— Не упала? — нахмурилась я. — Но…
— Ты потеряла сознание ровно за секунду до того, как это могло бы случиться, — произнёс мозгоправ. — Но я бы на твоём месте обратил внимание на другое. Десять минут, Яся, целых десять минут.
  Я моргнула. Потом ещё раз. И ещё.
  Новость была… до того странной, что никак не хотела укладываться в моей голове.
— Но… разве это возможно? — как–то жалобно произнесла я. — Вы же говорили, что у магистра Кайндорфа отсрочка была восемь минут, и это — самый высокий и нереальный для других некромантов результат.
— Именно, Яся, так я и говорил, — кивнул полуэльф. — Но ты продержалась десять.
— И… что это значит?
  Мне почему–то было страшно услышать ответ.
— Пока не знаем, — поморщился Хенрим. — Сейчас определяем круг будущих исследований. В числе возможных причин — наша разнополость, степень близости к личному круг и критическая ситуация. Ваш Совет в таком восторге, что весь следующий год некромантам и мозгоправам, чую, придётся ходить под ручки, — хохотнул он.
— А потом выяснится, что это работает только для вас двоих, — не упустил шанса вставить шпильки наставник.
— Зато Яся будет знать, к кому обращаться, если что, — даже бровью не повёл полуэльф, а потом оживился: — Кстати, я же закончил исследования с кровью богини. Можем ввести хоть сегодня… Впрочем, сегодня не нужно, рано… — он задумчиво нахмурился. — Завтра у нас сборы, послезавтра мы отправляемся в Лиррвирен… Пожалуй, — расслабился и улыбнулся, — можем и в Коранте это сделать. Там даже лучше, родная лаборатория всё–таки. Твоё решение? — вопросительно уставился на меня.
— Наверное, лучше в Коранте, — неуверенно согласилась я.
— Хороший выбор, с этим не стоит торопиться, — одобрительно кивнул магистр Кайндорф и, поднявшись, подхватил сумку. — На этом я с вами прощаюсь. Хен, до вечера. Ясмира, с тобой мы уже увидимся послезавтра. Зайди к Глории, она хотела тебя видеть.
— Хорошо, — промямлила я, наблюдая, как наставник исчезает в воронке портала.
  Мы с Хенримом остались вдвоём. И я почему–то ощущала себя крайне неловко.
— Сейчас Кариша принесёт все, что тебе нужно пить, — первым нарушил тишину целитель, — и пойдёшь к себе. Там твоя подружка извелась вся, — слабо улыбнулся он. — Зараза мелкая, воспользовалась тем, что я вроде как подписался на наставничество, и буквально вынесла мне мозг. Марк, истерящий с другой стороны, даже в половину такой головной боли не принёс, — пожаловался с ощутимой насмешкой.
— Не все же вам окружающим мозг выносить, — не смогла я сдержать лукавой шпильки.
— А ты и рада, да? — сурово сложил руки на груди, но подрагивающие уголки губ выдавали, что ситуация его забавляет.
— Ну что вы, — я состроила невинное выражение лица.
  Меня смерили задумчивым взглядом. Я внутреннее подобралась, ожидая очередного разговора на тему нетипичности поведения, но Хенрим не был бы собой, если бы делал то, чего от него ожидали.
— Ты пропустила собеседование в посольстве, — проговоpил он. — И индивидуальную встречу с гранд–техником, которая была назначена на сегодня.
  И я широко распахнула глаза:
— Ох–х–х… Меня теперь не пустят?..
— Почему же? — усмехнулся полуэльф. — Дядя вошёл в положение, с ним поговоришь уже в Коранте, он сообщит когда. Посольство тоже благосклонно приняло причины отсутствия, они ждут тебя завтра. Так что постарайся собраться до обеда.
— Хорошо, — вздохнула я, осознавая, сколько дел у меня осталось на последний день.
  Как говорится, если ты думаешь, что у тебя много времени… лучше так не думай.
— И последнее… — мозгоправ отстраненно рассматривал что–то за окном, отчего у меня сразу появилось ощущение, что это последнее мне не понравится. — Размеры твоего пятна выросли на треть.
— Что? — выдохнула я потрясённо. — Почему?!
— Вероятно из–за долгого нахождения на границе критического уровня. Скакнуло буквально за считанные минуты. Так что с этого дня никаких экспериментов с некромантией. Только самое лёгкое и банальное, с чем и ребёнок справится.
— Я знала, — глухо отозвалась я и, улёгшись на подушку, прикрыла глаза. — Все эти годы я знала… Что именно некромантия меня однажды погубит…
— Твоя травма завязана на дар, определённо, — тихо проговорил Хенрим. — Когда ты в некромантском корпусе поднимала и упокаивала зомби, тоже случился небольшой скачок. Я списал это на волнение и стресс. Теперь же… Стресс не даёт настолько большой рост.
— Недаром я слышала его голос… — прошептала я потерянно, а после торопливо осеклась, осознавая, при ком додумалась это ляпнуть.
  Да что со мной?! Как так получилось, что я уже не воспринимаю этого мозгоправа, как угрозу?!
— Слышала голос? — вкрадчиво проговорили прямо надо мной.
  Я распахнула глаза и уставилась на низко склонившегося Хенрима.
  Отпираться смысла не было, так что я тихо сказала:
— Перед тем, как отключиться… Я слышала в голове его голос… Он звал меня к себе. Я… думаю, что подсознание…
  И неловко замолчала, не очень понимая, что следует говорить.
— Ты определённо права, — неожиданно кивнул полуэльф и протянул мне руку.
  Я непонимающе посмотрела на тонкую ладонь, но пальцы вложила. Меня рывком подняли и заставили опереться спиной на стенку. Сам мозгоправ подался вперёд, так, что между нашими лицами остались жалкие несколько сантиметров, а я могла видеть едва заметные синие прожилки на голубых белках его глаз.
— Ты говорила, что он пытал тебя, при этом заставляя использовать некромантию?
— Да, — я нервно облизала губы, остро жалея, что нельзя провалиться сквозь стенку.
— И в этот раз на самой границе критического уровня ты слышала его голос… — задумчиво пробормотал он, пытливо всматриваясь в моё лицо. — Я знал, что твоя проблема формирует треугольник некромантия — тот мерзавец — острое чувство вины. Но не подозревал, что первые две причины настолько сильно связаны. Тогда тебе тем более нельзя заниматься некромантией! — воскликнул он. — Ни в каком виде, слышишь? Я запрещаю тебе даже заряжать некромантские приборы.
  Я съёжилась. Пожалуй, я впервые видела Хенрима в гневе.
— А… феолвартская? — пискнула я.
  Меня смерили тяжёлым взглядом.
— Посмотрим, — сурово отрезал он. — Если кровь богини даст тебе способность работать с этой частью некромантии… Без меня ты ничего практиковать не будешь, поняла? Я должен удостовериться, что то, что сделал с тобой этот мерзавец, распространяется только на классику, а не на всю дисциплину разом.
— Хорошо, — покорно кивнула я.
  И, видимо, этим сбила полуэльфа с толку, потому что он закрыл рот и посмотрел на меня с неподдельным изумлением.
— Меня пугает твоя покладистость, — выдохнул он.
— Я в принципе девочка послушная, — неловко отшутилась я и ещё более неловко попросила: — Вы не могли бы отодвинуться? Мне некомфортно…
  Хенрим моргнул, а потом все же отпрянул. Я немедленно вдохнула полной грудью, ощущая, как пропадает напряжение.
— Прости, — мозгоправ сел обратно на табурет. — Увлёкся…
— Ничего, — несколько нервно отозвалась я и поёрзала. — Господин Керриви, если мы закончили… Я могу идти?
— Кариша ещё не пришла с зельями, — покачал он головой и как — то хищно прищурился. — Если уж ты у нас сегодня такая послушная… Может, выполнишь мою нехитрую просьбу?
  Я мысленно закатила глаза, не решаясь сделать это в действительности.
  Если он сейчас опять начнёт о лечении…
— Какую? — нейтрально спросила я.
— Перестань мне выкать и обращайся по имени. А то ощущаю себя древним стариком, — поморщился полуэльф.
  Я едва сдержала облегчённый вздох. И всего лишь?! А я- то себе уже очередные пытки надумала…
— Простите, не могу, — безмятежно ответила я. — Вы старше, ещё и друг моего преподавателя…
— А так же брата и его лучшей подружки, к которым ты не выкаешь, — перебил он недовольно.
— Магистр Кайндорф тоже друг моего брата, а ещё супруг Глории, но к нему я неформально не обращаюсь, — парировала я, с каждой минутой ощущая себя все свободнее.
— Как ты и говорила, он твой преподаватель, — фыркнул Хенрим, а затем сложил руки на груди и насмешливо сказал: — Такое ощущение, что эти твои «вы», «господин» и прочие гадости — всего лишь щит, чтобы не пустить в личный круг.
  Не знаю, какой реакции на подобную наглость ждал полуэльф, но я неожиданно развеселилась. Тихо хихикнула, а затем с совершенно лёгким сердцем ответила:
— Так и есть.
  И, пожалуй, я впервые видела этого мужчину настолько обескураженным. У него от удивления даже рот приоткрылся.
  Признаться, в том числе и себе, почему–то было очень легко.
  Хенрим и так долго ходил в окрестностях моего личного круга. Слушая рассказы Глории и Марка, я умудрилась вырисовать в голове свой собственный образ насмешливого полуэльфа, влюблённого в своё дело и готового на все ради друзей. Недаром, пусть я старалась придерживаться формального обращения, в мыслях никогда не звала его ни по фамилии, ни на «вы». Этот мужчина всегда незримо присутствовал где–то рядом, а потом случилось роковое столкновение. Если бы Хенрим продолжал упорно гнуть изначальную линию поведения, все сложилось бы иначе. Я, пожалуй, могла бы возненавидеть его за настойчивость. Но он чутко отслеживал моё состояние, искреннее интересовался мной и моими потребностями. Уступал, помогал и оставался рядом. Эти почти три недели… Я впервые ощутила, что это такое, когда тебе настолько хотят помочь, что не останавливают ни враждебность, ни отчуждённость, ни лёгкая агрессия. И, кажется, мне этого очень не хватало.
  Но я все ещё не была готова подпустить мозгоправа так близко. Пусть заманчиво, но слишком опасно. Я… боялась. А ещё по–прежнему не верила, что интересна ему сама по себе, как человек, а не как пациент со сложной проблемой.
  Хенрим, наконец, отмер, а затем нехорошо сощурился. И я даже с некоторым любопытством предвкушала, что он скажет на неожиданную откровенность. Но в этот момент вернулась Кариша с моими лекарствами, так что разговор не состоялся. И, пока я собиралась, чтобы наконец–то покинуть лазарет, полуэльф, похоже, пришёл к каким–то своим выводам, потому что за всю дорогу к моей комнате ни словом, ни жестом не затронул тему. И я почему–то засчитала это как свою победу.
  В саму комнату мозгоправ заходить не стал, лишь напомнил о лекарствах и о том, что зайдёт за мной после обеда, чтобы проводить на собеседование в эльфийское посольство.
  Когда он уже развернулся, чтобы уйти, я вдруг вспомнила, что не задала ему один волнующий меня вопрос.
— Господин Керриви!
— Да? — он остановился и оглянулся.
— Скажите, а тот парень, что попал под удар лича… Как он?
  Хенрим поджал губы, а затем тихо произнёс:
— Мы не смогли его спасти.
— А… Жаль… — машинально отозвалась я, не способная уместить в голове эту страшную новость.
  Я замерла, бездумно наблюдая, как мужчина уходит. А затем зашла в комнату, аккуратно прикрыла дверь и сползла по стенке на пол.
  Мысль о том, что фактически на моих глазах оборвалась совсем юная жизнь, никак не хотела укладываться в голове. Как так вышло?.. Его ведь держал некромант, рядом был целитель… Почему ему не помогли?! Тот первокурсник… был мне никем, я его никогда не видела раньше… Но почему пpавда так болезненно отбивается где–то внутри?
— О, Плододающая, Яся! — рядом со мной на пол плюхнулась обеспокоенная Мия. — Что с тобой?!
— Он погиб, — глухо отозвалась я.
— Кто?! Мастер Керриви?! — изумлённо выдохнула та.
— А? Что? — я тряхнула головой, пытаясь собрать мысли в кучу. — Нет, что ты. Парень… некромант…
— А, да, я слышала, — помрачнела она. — Роковое стечение обстоятельств. Не в том месте, не в то время, не тот удар, не с той силой и в момент наибольшей психической нестабильности. Несчастный, все негативные факторы собрал в одну кучу, у него не было шанса.
— Но… как? — я потерянно посмотрела на неё. — Его же держали… Там был Хенрим…
— Яся… — сожалеюще вздохнула соседка. — Так бывает. Все в кучу сложилось: девушка накануне бросила, родителей нет, личный круг и личным не назовёшь, так… слегка приближённый. Да ещё и прогрессирующая депрессия. Душа устала и была измотана в тот конкретный момент. Слишком много всего. Его, пожалуй, смог бы удержать только твой наставник. Но он пришёл слишком поздно.
— Мия, я видела, как он падал, — прошептала я, не в силах прогнать картинку, вставшую перед глазами. — Святые шестерёнки… Я видела, как он умирал.
— Так, мне не нравится твоё состояние, — проворчала подруга, поднимаясь. — Я сейчас.
  Буквально через минуту она вернулась с бутыльком и заставила меня выпить содержимое. И почти сразу голова прояснилась, а новость перестала казаться настолько ошеломляющей.
  Смерть… То, с чем некроманты живут каждое мгновение своего существования. Мы видим её в разных проявлениях. Мы рискуем каждый день. Так что… в этом, на самом деле, нет ничего сверхъестественного.
— Ты его знала, что ли? — заботливо спросила Мия, когда мы сели на диван.
  Я молча покачала головой.
— А что же тебя так впечатлило? — изумилась она. — Да, жаль, молодой парень, жить и жить… Но твоя реакция… Будто ты человека, близкого к личному кругу, потеряла.
— Просто… — я замолчала и прикусила верхнюю губу, пытаясь сформулировать то, что вертелось у меня в мыслях. — Дело, наверное, в том, что я была уверена: он в относительном порядке. Серьёзно, там была толпа некромантов во главе с опытным и сильным преподавателем, да ещё и целитель вдобавок. У меня мысли не было, что с таким набором там кто–то мог погибнуть. И тут… Я, пожалуй, ещё никогда так явно не ощущала свою собственную смертность, — призналась я.
  Одно дело — считать, что в смерти ничего такого, другое — осознать, что твоя собственная смерть может быть настолько внезапной и не зависящей ни от чего. Тут, пожалуй, действительно поверишь в пресловутую судьбу.
— Странно, что до тебя, некромантка, это дошло только сейчас, — вздохнула Мия. — Люди смертны. И зачастую ты даже не подозреваешь, за каким углом тебя поджидает собственная кончина. Но ты же понимаешь, что нет смысла зацикливаться на вещах, которые от тебя не зависят? Все движется, как угодно Святой Паре. Тебе остаётся лишь проживать каждый день так, чтобы там, за гранью, не пришлось жалеть.
— Я понимаю, не переживай, — слабо улыбнулась я.
— Вот и хорошо. Кстати, — она лукаво сощурилась, — о тебе спpавлялась целая куча народу, и все просили связаться с ними, как только ты вернёшься.
— Куча — это кто поимённо? — охотно поддержала смену темы.
— Марк, Глория, Фира, Альберта, — перечислила соседка. — Ещё, кстати, забегал твой наставник–техномаг, просил, чтобы ты сразу с ним связалась. О, и тебе передали подарок. Сейчас.
  Она вскочила и побежала в свою спальню. А вскоре вернулась с тщательно запакованным свёртком.
  Я изумлённо осмотрела коричневую шуршащую бумагу без единой подписи. Интересно, от кого это?.. А если?..
— Мия, кто это передал? — подозрительно спросила я.
— Симпатичный беловолосый некромант, похожий на магистра Кайндорфа, — подмигнула та. — Поклонник?
— Не–е–ет, — облегчённо рассмеялась я и принялась торопливо рвать упаковку. — Ещё один преподаватель.
  Внутри оказалась увесистая старая книга в вытертом тёмном переплёте, на обложке которой было вытиснено «Некромантия. Основы». Удивившись такому странному подарку, я повертела томик, и из него на пол вылетел сложенный вдвое листик.
— Оу, записка, — игриво пропела подруга. — Может, все же не просто преподаватель?
— Иди ты, одна романтика в голове, — фыркнула я, разворачивая послание.
  «В силу того, что, когда ты придёшь в себя, я буду где–то на границе с Шэотаканским оазисом, попрощаться лично не получится. Так что вот тебе мой подарок, студентка Ловердейл. Если кровь проклятой богини поможет, эта книга станет твоим путеводителем в мире феолвартской некромантии. Когда–то по ней учился я сам. Искренне надеюсь, что тебе она пригодится, и потом мы с Ником власть погоняем тебя по практической части. Удачи в Лиррвирене, Ясмира»
— О–о–ох, — я совсем другими глазами посмотрела на учебник.
— С подарком угодил, — хмыкнула соседка и явно хотела опять пошутить насчёт поклонника, но под моим тяжёлым взглядом передумала и сказала совсем другое: — Ну что, я могу звать всех жаждущих тебя видеть, или ты сделаешь это сама?
  Остаток вечера прошёл настолько насыщенно, что ни на какие раздумья просто не было времени.
  Марк, примчавшийся самым первым, чуть не задушил меня в объятиях, потом долго и вдохновенно ругался. А после — так же долго и так же вдохновенно рассказывал, какая я умница и как он мной гордится. Фираэт и Глория завалились вдвоём. Причём последняя притащила наброски схемы будущего прибора, заявив, что не стоит терять время. Мы давно договорились, что продолжим работу по отдельности, а магистр Кайндорф, который планировал раз в неделю посещать меня в Коранте, будет служить посыльным. Ну, или почтой, та тоже курсирует между Содружеством и Лиррвиреном регулярно. Да, эффективность упадёт, но старшекурсница упёрлась, что хочет делать прибор только со мной. Основные узлы и ключевые линии уже были понятны, осталось довести схему до ума и создать прототип. Рыжая техномагичка похвасталась, что наставник Оревдайр расщедрился и пообещал одолжить свой матричный слепок для первой удачной версии. Впрочем, поработать над схемой не получилось, потому что Мия с пришедшей последней Альбертой попросту оттащили меня, возмущаясь, что ещё успею наработаться.
  Вечер был насыщенный, да. Оказалось, что стольким людям на самом деле не все равно, где я и что со мной. И это грело. Очень.
  А ночью… пришли сны. Тяжёлые, тягучие, выплёскивающие все, что тревожило и оставляло вопросы.
  Я раз за разом видела смерть того парня. Только в этот раз я стояла рядом с ним, а он падал почему–то лицом вверх. И я, оцепеневшая, наблюдала, как его медленно покидает жизнь. Как тускнеют глаза и сам он выцветает. А потом… я словно заняла его место. Это я бежала прочь от лича. В меня врезался сгусток чистой магии. И я уходила, не способная справиться с грузом своих проблем и тревог. Не способная уцепиться хоть за что–то в этой жизни, чтобы дать себе шанс остаться.
  Проснулась посреди ночи от собственного крика.
— Яся, что такое?! — Мия влетела в мою спальню, едва не снеся двери с петель.
  Растрёпанная, заспанная, в перекрутившейся ночной рубашке она выглядела не нелепо, а воинственно, готовая защищать меня от всех кошмаров мира.
— Мия, — всхлипнула я, сжимаясь в комок. — Мия…
— О, Плододающая! — охнула она и, подлетев ко мне, крепко обняла и принялась лихорадочно гладить по спине. — Яся, не плачь! Что случилось? Плохой сон? Не обращай внимания, это только…
— Я не хочу умирать, — я вцепилась в неё, словно в последний якорь. — Хочу жить!
  Она замерла на миг, а затем прижала меня к себе ещё крепче:
— Так живи. Всем назло. И своему прошлому — в первую очередь. Позволь себе вдохнуть полной грудью, а не шарахаться собственной тени. Ты же знаешь, у тебя есть те, кто хотят и способны тебе помочь. Просто разреши.
  Но я лишь молча плакала, прижимаясь лбом к её шее.
  Напряжение, сковавшее мою грудную клетку, постепенно отпускало. Наконец я смогла нормально вдохнуть. Словно почувствовав, что мне стало легче, Мия отстранилась и мягко проговорила:
— Я принесу тебе зелья.
— Не уходи, — неожиданно для себя, я вцепилась в неё мёртвой хваткой. — Пожалуйста!
— Но тебе нужно…
— Я и так сегодня этого зелья выпила без меры, — вяло пробормотала я. — Просто… если тебе не сложно… поспи со мной?
  Недолгое молчание сменилось нежным:
— Конечно я останусь с тобой, грозная некромантка.
  Я была слишком измотана, чтобы отвечать на явную насмешку. Впрочем, какая разница, насмехалась соседка или нет, если остаток ночи я ощущала её согревающее душу тепло рядом?
Назад: ГЛАВА 7
Дальше: ГЛАВА 9

courniEi
Совершенно верно! Мне нравится Ваша идея. Предлагаю вынести на общее обсуждение. --- Бывает же такое..... fifa 15 cracks 3dm v5 торрент, fifa 15 скачать торрент pc 7 а также фифа 16 официальный сайт скачать fifa 15 на андроид много денег