Книга: Механизмы некромантии
Назад: ГЛАВА 2
Дальше: ГЛАВА 4

ГЛАВА 3

Я сама не поняла, как ноги принесли меня в крыло целителей. Просто замерла посреди коридора, рассматривая вазоны в больших кадках и зеленые занавески на огромных окнах. А потом подумала… что моё подсознание умнее меня. И решительно отправилась смотреть, где у второго курса целителей сейчас пара.
  В расписании значилась лекция по Базовой теории мозгоправства, и я невесело посмеялась над этой иронией.
  Надо было столько бегать, чтобы теперь это встречало меня на каждом углу?
  До конца пары оставалось ещё пятнадцать минут, так что я прислонилась к стенке между окнами прямо напротив двери лекционного зала и принялась ждать. Безрадостные и панические мысли пытались заполонить мою голову, но к такому я была привычна. И мысленно начала перебирать все, что вчера узнала о феолвартских вампирах. На самом деле, выяснилось много интересного, но при этом появилось несколько новых вопросов. Я мысленно перебирала их, намереваясь задать Майклу О’Райнену во время сегодняшней встречи, и этим успешно отгоняла воспоминания о словах Хенрима. Думать о том, что несмотpя на всю мою борьбу, жить мне осталось всего–ничего… Нет, не буду.
  Я так увлеклась, что пропустила окончание пары. И первое время непонимающе смотрела на целителей, покидающих аудиторию. Те, кстати, сверлили меня любопытными взглядами, но не подходили. Впрочем, ничего удивительного… В Ульгрейме я была кем–то вроде местной диковинки, так что меня знали, кажется, все. Не могу сказать, что мне доставляло удовольствие такое пристальное внимание.
— Яся! — радостно воскликнула Мия и подошла ко мне. — Ты что здесь делаешь? Ключ забыла?
— Нет, — слабо улыбнулась я соседке. — У меня к тебе вопрос. Можем отойти?
— Да, конечно, — растерянно пробормотала она.
  Мы отошли ближе к тупику и Мия нетерпеливо спросила:
— Что случилось?
— Ты говорила, что у тебя есть способности к мозгоправству…
— Да, но если ты решила всё–таки обратиться за помощью, то я не смогу тебе помочь, — покачала головой она. — Мозг в целом и разум в частности — слишком тонкие сферы, мне предстоит…
— Нет, нет, — взмахом руки остановила её. — Мне только нужно… Скажи, ты видишь тёмное пятно в моей голове?
— Конечно, — уверенный голос.
— И… почему ты мне не сказала?! — неожиданно для себя самой возмутилась я.
  На меня посмотрели, словно на маленького ребёнка.
— Яся, радость моя, — устало вздохнула соседка. — Не надо быть мозгоправом, чтобы знать, что оно у тебя есть. Твоё поведение выдаёт с головой наличие проблемы. К тому же такие тёмные пятна — не редкость, особенно у некромантов. А я не настолько хорошо в этом разбираюсь, чтобы сказать, насколько это опасно. В конце концов, некоторые проживают с такими пятнами…
— Мия, — я схватила её за плечи и, наклонившись, заглянула в глаза, — посмотри ещё раз. Внимательно. И скажи мне… Если принять, что оно растёт, понемногу, но постоянно… Сколько?
  Она вздрогнула и, побледнев, упавшим голосом спросила:
— А оно растёт?
— Я не знаю, — к моему неудовольствию, прозвучало это очень жалко. — Не уверена, что могу ему верить.
— Хенриму Керриви? — прозорливо уточнила Мия.
  Я опустила взгляд, безмолвно признавая вывод верным.
— Искрударующий, Яся… — выдохнула она и, подавшись вперёд, порывисто меня обняла.
— Мия… Сколько? — отстранилась я.
— Я… Не знаю, — как–то беспомощно развела она руками. — Я ведь… только теорию начала…
— Мия, пожалуйста.
— Ну… — соседка облизала пересохшие губы. — Примерно от двух до пяти лет, в зависимости от скорости.
  Я прикрыла глаза, пытаясь осмыслить эти цифры. А потом глухо спросила:
— Ты сможешь понаблюдать за мной несколько дней, чтобы определить, растёт ли оно, и как быстро?
— Сделаю все, что смогу. Но, пойми, мне может не хватить квалификации… Я ведь ещё даже не начинала этому учиться…
— Ты хотя бы можешь это увидеть, — я скривила губы и умоляюще посмотрела на соседку. — Пожалуйста, Мия… Я доверяю только тебе.
— Повторюсь, я сделаю, что смогу, — вздохнула она и торопливо меня обняла. — Но пообещай… Если оно растёт… Ты примешь помощь специалиста.
— Я не могу, — от отчаяния на глаза навернулись слезы.
  А после этого я самым позорным образом сбежала, отговорившись скорой встречей с преподавателем. В принципе, ни словом не соврала, но на душе было погано.
  Пообещав себе тщательно подумать об этом всем позже, я привычно отгородилась от панических мыслей и в библиотеку вошла уже собранной и готовой к pаботе.
  Магистр О’Райнен нашёлся за дальним столиком, читающим какую–то книгу в тёмном переплёте. Я осторожно присела напротив и негромко кашлянула, привлекая внимание.
— О, Ясмира, — улыбнулся он, отложив толстый томик. — Так что ты хотела узнать?
— Все, что вы можете мне рассказать, — решительно произнесла я, доставая тетрадь и самопишущее перо, чтобы все тщательно законспектировать.
— Тогда одной встречей мы не ограничимся, — тихо рассмеялся мужчина.
— Можем и завтра встретиться, — не задумываясь, выпалила я и, смутившись собственному порыву, промямлила: — Ну, если вы не сильно заняты…
— На этой неделе я совершенно свободен, так что, почему бы и нет? — он откинулся на спинку кресла и посмотрел на меня с явной насмешкой.
  Кажется, я его забавляю….
  Повела плечами и торопливо направила разговор в нужное мне русло:
— Я читала, что на Феолварте поднятие вампира считается делом не очень приличным, но прямого запрета нет. Почему так?
— Прямого запрета нет, потому что вампиры разумны и в принципе, с ними можно договориться, — спокойно проговорил он.
— Да ладно?! — не сдержавшись, выпалила я. — Каким образом с ними можно договориться?!
— Они уязвимы, — склонил голову О’Райнен. — А любому разумному созданию хочется жить. Даже если фактически оно уже мертво. Что до неприличным… Знаешь, кто впервые поднял вампира?
  Молча развела руками, все ещё не способная переварить в одном предложении «вампир» и «договориться».
— Одна из древних королев Феолварта подняла горячо любимого супруга, — многозначительно посмотрел он на меня.
— И? — не очень–то поняла, на что мне намекают.
  Королеву понять можно. Когда любишь и теряешь, ещё не на такое пойдёшь, если есть возможность вернуть.
— Согласно легендам, королева была убита горем из–за того, что став нежитью, любимый муж потерял все человеческие качества и чувства, в том числе любовь к ней. А потому с горя покончила с собой, после чего супруг рассыпался прахом.
  Упор на «согласно легендам» я уловила, потому не могла не спросить:
— А на самом деле?
— На самом деле… — хмыкнул мужчина и сцепил пальцы в замок. — Вампиры и правда не сохраняют в своём посмертии ни человеческих качеств, ни прижизненных привязанностей и чувств. Все, что они делают, идёт от разума, причём этот разум не отягощён ни нормами морали, ни какими–либо внутренними запретами. Так что бедная королева вместо любящего супруга получила бессмертного тирана, который запер её в подвале и насиловал.
— Какая мерзость, — передёрнуло меня.
  Даже представлять не хочу себе секс… с мертвецом. Да ещё и такой…
— Не то слово, — согласно кивнул преподаватель. — О фатальной связи вампира с поднявшим некромантом тогда, конечно же, не знали. А потом королева, не выдержав, покончила с собой. И её супруг тут же рассыпался прахом. Так и выяснили слабое место этой сильной нежити. С тех пор ещё не раз были попытки поднять близких, и всегда это заканчивалось плохо. Потому подобное и считается неприличным.
— Я–я–ясно, — пробормотала я.
  В голове вертелся вопрос: как же вампиры могут заниматься сексом, если у них… кровь не циркулирует? Но я постеснялась его задавать, потому спросила совсем другое:
— А почему на Феолварте нет такого жёсткого запрета, как у нас, на Ойре (6)?
— Потому что Феолварт — некромантский дом. Это здесь мы составляем примерно десять процентов от общего числа магов, а там — каждый маг является некромантом. И самые сильные некроманты Ойры, исключая Ника, в подмётки не годятся лучшим некромантам Феолварта. А вампиры пусть и сильны, но не бессмертны. Потому там им просто никто не даст разгуляться. Здесь, да, появление вампира опасно, потому что если тому захочется, например, подмять под себя городок, чтобы почувствовать власть, остановить его можно будет только ценой большого количества жертв.
— Логично, — вздохнула я и перешла к следующему вопросу: — А как на Феолварте определяют вампиров?
— О, очень просто и крайне сложно одновременно: по цветовому спектру некрофона. У некромантов он чётко зеленого цвета, тогда как у вампиров он мутноват. С первого взгляда и не определишь, потому нужно хорошо присматриваться.
— Ага, спасибо, — я отметила это в конспекте. — А ещё…
  В целом разговор получился весьма продуктивным. Я узнала многое о Феолварте, местных некромантах, вампирах и нежити. Майкл охотно рассказывал о своих стычках с этими тварями, делился, как можно распознать замаскированного вампира, перемежал все это байками из жизни на родном материке. Так что когда я покинула библиотеку, голова у меня буквально пухла от знаний. Зато ни единого места для панических мыслей о собственной судьбе.
  Я была настолько поглощена новыми знаниями, что о просьбе Глории зайти к ней в мастерские вспомнила, только переступив порог Скворечника. И, досадливо хлопнув себя по лбу раскрытой ладонью, поспешила обратно.
  Открыв двери в ту мастерскую, в которой предпочитала работать старшекурсница, я нерешительно замерла: над столом в задумчивом молчании склонилась не только моя коллега, но и её супруг. Сразу почему–то вспомнилось, как я сегодня невольно выдала себя полуэльфу… И меня пронзило неуютное чувство. Ник и Хенрим — друзья, вполне возможно, что мой наставник уже в курсе.
— Ясмира, ты очень вовремя, — подняв голову, улыбнулся магистр Кайндорф и поманил меня пальцем. — Иди, нам как раз не хватает техномага с некромантским даром. А то нашла коса на камень.
  Я, все ещё оставаясь насторожённой, подошла к столу и тоже склонилась над разложенной схемой. Намётанный взгляд сразу вычленил в ней ключевые центры и связи, которые лучше всяких слов сообщили мне, что прибор по этой схеме будет предназначен для некромантских целей. Большее вот так, без вникания в детали, сказать было сложно.
— Ты уже прототип собираешься делать? — удивлённо спросила я.
— А? — недоуменно посмотрела на меня Глория, а потом, рассмеявшись, махнула рукой. — Святые шестерёнки, конечно же нет! По тому прибору ещё предварительной работы столько… Будет хорошо, если мы недели через две приступим к черчению первого эскиза. И чертить его мы будем вместе, так что настраивайся, — шутливо погрозила мне пальцем.
  Я едва заметно улыбнулась, заработав удивлённый взгляд Ника:
— С ума сойти, ты умеешь улыбаться?
— Был бы повод, — пожала плечами и опять сосредоточилась на старшекурснице: — Что от меня требуется?
— Скажи, Ясмира, — вместо неё ответил супруг, — как думаешь… получится ли у такого прибора копировать естественный фон некроманта и сохранять на специальном устройстве?
  Осознав всю масштабность задумки, я цокнула языком и вгляделась в схему уже пристально. Теперь, когда её назначение было известно, я рассматривала каждую деталь внимательнее, соотнося с предполагаемой задачей.
— На этом этапе сложно сказать, — наконец вынесла я вердикт. — Учитывая сложность схемы и разнородность связей, возможно, придётся сделать до десяти прототипов с последующими коррективами.
  Магистр Кайндорф, видимо, не это хотел от меня услышать, потому что глухо застонал и уронил голову на сложенные на столе руки:
— И ты туда же!
— Куда — туда же? — спокойно уточнила я и едва сдержала улыбку, поймав себя на том, что вот такой неформальный наставник кажется мне весьма забавным.
— Просто я ему сказала то же самое, — невозмутимо проговорила Глория. — Но загвоздка в том, что это заказ факультета некромантии, а детали для такого прибора стоят, как дирижабль. Декан Рэндервил скорее удавится, чем выделит на экспериментальную фазу такие деньги. Но Ники, — она насмешливо посмотрела на мрачного мужа, — уже закусил удила.
  Я лишь развела руками:
— Может повезти, конечно, но это вряд ли. Не мне вам рассказывать, вы работу техномага наблюдаете ежедневно.
— Именно, — кивнула его жена. — Так что, Ники, либо тряси декана до последнего, либо заказывай детали из своего кармана.
  По его лицу было видно, что ни один, ни второй вариант его не устраивает. Но выбирать надо было, так что он медленно произнёс:
— Значит, нужно настроиться на долгий разговор с магистром Рэндервилом… А, Хен! — оживился наставник, посмотрев куда–то за мою спину. — Не хочешь помочь мне довести декана некромантов?
  Я замерла, досадливо подумав, что, похоже, теперь мне нужно будет постараться, чтобы не столкнуться с полуэльфом в Ульгрейме.
— Ты что, решил вспомнить бурную юность под личиной Форендая Гертвиша? — хохотнул мозгоправ, подходя к столу. — О, что тут у нас? — склонился над схемой. — Глория, ты очередной некромантский прибор мастеришь?
— У меня иногда складывается впечатление, что я последние несколько лет только их и мастерю, — проворчала старшекурсница.
— И что с этой схемой не так, что потребовалось собрать на совещание троих человек? — он искоса посмотрел в мою сторону.
  Рыжая техномагичка коротко обрисовала дилемму супруга, после чего полуэльф понимающе кивнул и небрежно произнёс:
— В чем проблема? Завтра в Орвис приезжает дядя. Покажи схему ему. Его вердикт уж точно станет решающим.
— Кардан мне в форсунку, гранд–техник приезжает?! — восторженно выдохнула Глория. — Неужели наконец–то он выполз из своих мастерских? Я думала, раньше весны его и ждать не стоит.
— У него опять какие–то дела с Ульгреймом, я не вникал, — пожал плечами Хенрим и засунул руки в карманы свободных брюк.
— Очередной спецкурс для техномагов читать будет, наверное, — задумчиво пробормотал наставник, явно частично пребывая в собственных мыслях.
— Для спецкурса слишком поздно, — не согласилась его супруга. — Впрочем, спецкурсами взаимодействие между ним и Ульгреймом не ограничивается.
  Я кусала губы, насторожённо прислушиваясь к дружескому разговору. Не то чтобы я ощущала себя лишней… Но присутствие Хенрима меня слишком напрягало. Я все ожидала очередного удара с его стороны, потому лишь молчала и внимательно наблюдала.
— В общем, покажите схему дяде, а уже потом решите насчёт финансирования, — резюмировал полуэльф. — Ник, если довести магистра Рэндервила до трясучки ещё будет актуальным, можешь положиться на меня, — он ослепительно улыбнулся.
— И это взрослые мужчины, — недовольно цокнула языком Глория.
— Моя мама всегда говорит, что мужчины не взрослеют, — отстраненно произнесла я.
— Не могу не согласиться, — вздохнула она.
  Я ожидала, что Хенрим уцепится за мою фразу, чтобы опять меня уколоть, но он лишь как–то странно усмехнулся и полностью сосредоточился на друге. Они обсуждали запланированный на сегодняшний вечер отдых в исключительно мужской компании, а я ловила себя на том, что действия мозгоправа не поддаются логике. Или я её просто не вижу?..
— Договорились, — хлопнул ладонью по столу Хенрим. — Я приду сразу на место и, вероятно, немного опоздаю. Не сильно напивайтесь без меня.
— Юморист, — закатил глаза магистр Кайндорф. — Из четырёх человек — три некроманта. Именно та компания, чтобы напиваться, да.
— Кто вас знает, — усмехнулся полуэльф и повернулся к женской половине присутствующих: — Глория, надеюсь, ты помнишь, что на завтра назначен сбор всей компании?
— Разумеется, — фыркнула та.
— Ясмира… — мозгоправ прищурился, а потом как–то недовольно поджал губы. — Ты бы позаботилась о своём здоровье. У тебя слишком часто болит голова.
  И, пока я соображала, что на это ответить, стpемительно пошёл на выход. По пути не глядя на меня, небрежно мазнул пальцами по моему лбу, отчего лёгкая головная боль, на которую я уже не обращала внимания, прошла без следа. Я так и не нашлась, что сказать, потому, когда дверь за полуэльфом закрылась, раздражённо выдохнула и процедила:
— Я его совсем не понимаю.
— Что тебе не понятно? — с какой–то странной улыбкой спросил наставник.
— Все, — совершенно честно призналась я. — Он меняет стиль поведения слишком резко. Я не успеваю перестраиваться.
— Просто он балбес, вот и все, — проворчала Глория. — И обожает выкидывать какие–то фортеля, чтобы потом наблюдать за реакцией людей. Даже нам достаётся, а ведь мы вроде как друзья. Остаётся лишь искренне пожалеть остальных.
— Не в этом случае, — продолжал улыбаться магистp Кайндорф, а потом небрежно произнёс: — Видишь ли, сегодня Хен детально узнал, что с тобой произошло, Ясмира.
— Что?! — потрясённо выдохнула я, ощущая, как возвращается головная боль.
  О нет… Это, конечно, закономерно: мозгоправу любые запрашиваемые сведения о… том случае выдадут на блюдечке с голубой каёмочкой. Но я наивно наделась, что он не станет рыть настолько глубоко. Пусть в официальной версии отражена всего десятая честь реально произошедшего, но для того, чтобы начать распутывать клубок, и этого вполне достаточно.
— Ты его заинтересовала, — развёл руками старший некромант. — Он загорелся желанием помочь тебе. Теперь ни ты, ни я, ни кто–либо другой не сможет его остановить.
— Но если он будет тебя обижать, говори мне, — мрачно процедила его супруга. — Я ему быстро вал на маховик намотаю, обещаю.
— Это не поможет, ты же знаешь, — мягко проговорил наставник, обнимая за плечи.
— Я позову Ясмиру поучаствовать в процессе, хоть удовольствие обе получим, — зубасто улыбнулась та. — Хена часто заносит, ты сам знаешь.
— Знаю, — подтвердил тот и посмотрел на меня. — Но я более чем уверен, что он единственный, кто может помочь.
  Я на миг прикрыла глаза, не находя в себе даже остатков злости, лишь бесконечную усталость.
  Если бы они знали… Если бы они только знали…
— Простите, мне пора, — сдержанно проговорила я. — Глория, мы можем встретиться завтра?
— Разумеется, можем, — слегка улыбнулась она и понимающе добавила: — Не сильно зацикливайся. В конце концов, он все равно не сможет ничего сделать без твоего разрешения. И… Хен, конечно, ещё тот ржавый поршень и такта в нем ноль целых и ноль десятых, но он явно проникся к тебе расположением. Так что его желание помочь искреннее и не идёт от исключительно исследовательского интереса.
  И она туда же.
  Я понимаю, что они все друзья, а меня с лёгкой руки Марка считают кем–то вроде общей младшей сестрёнки, за которую несут ответственность. Но это не отменяет того, что ничего хорошего из моего общения с полуэльфом просто не будет.
  Меня так и подмывало сказать вслух, но вместо этого я лишь молча поклонилась и торопливо ушла из мастерской, напоследок поймав сдвоенный тяжёлый вздох.
  Вернулась в комнату я совершенно разбитая и уставшая. Завалилась на кровать с чётким желанием уснуть часов на двадцать. Жаль, что это невозможно…
— Яся? — через полчаса ко мне заглянула Мия. — Ты как?
— Жить буду, — невесело усмехнулась я, затем приподнялась и, осмотpев соседку, удивлённо вскинула брови: — Ты что, на свидание собралась? Нарядная такая.
— Нет, какое свидание? — звонко рассмеялась она, аккуратно разглаживая подол нежного бежевого платья. — Так… встречаемся с друзьями в «Карвайле». Не хочешь со мной? — задала она вопрос, ставший традиционным за то время, что мы живём вместе.
  И я, слегка улыбнувшись, выдохнула такой же традиционный ответ:
— Нет, спасибо, у меня куча дел.
— У меня сложилось такое ощущение, что ты вообще почти не выходишь из Ульгрейма, — недовольно заметила соседка, сурово сдвинув брови.
— Не преувеличивай, — хмыкнула я и замахала руками: — Беги уже. Хорошо тебе отдохнуть.
— Когда–нибудь я тебя всё–таки вытяну, — зловеще пообещала Мия перед тем, как выйти.
  А я, откинувшись на подушку, задрала подбородок к потолку и отстраненно подумала, что соседка даже не подозревает, насколько права.
  Потому что за все время учёбы я действительно покидала стены Ульгрейма по своей воле всего несколько раз.
  Весь следующий день прошёл под девизом: «Заработай себе нервный тик и косоглазие, пытаясь высмотреть полуэльфа». Но лишь зря себя издёргала. Мозгоправ, которому, по логике, следовало успеть за сутки переварить полученные сведения, а потом отправиться пытать меня, все мои расчёты игнорировал. Так что под конец пар я плюнула и отправилась на занятие с магистром Кайндорфом. И честное слово, чуть истерически не рассмеялась, когда увидела в привычном кабинете Хенрима. Он сидел на преподавательском столе и переговаривался с другом.
  Я замерла на пороге, едва сдерживаясь, чтобы не развернуться и не рвануть прочь отсюда. Впрочем, пока я колебалась, меня заметили.
— А, Ясмира, — широко улыбнулся наставник и поманил меня пальцем. — Иди к нам.
  Тяжело вздохнув, я подошла вплотную и сдержанно поздоровалась:
— Магистр Кайндоpф, господин Керриви, здравствуйте.
— Я, пожалуй, прикрою дверь, — как–то слишком довольно промурлыкал полуэльф, спрыгивая со стола.
  Я судорожно сглотнула и посмотрела на старшего некроманта совершенно круглыми глазами.
— Все нормально, — усмехнулся тот. — У нас будет серьёзный личный разговор о том, о чем мы с тобой болтали в прошлый раз.
— Хм, — я нахмурилась и вскользь глянула на вернувшегося мозгоправа. — А тогда зачем здесь?..
— Хен присутствует в качестве целителя. В случае твоего согласия, на что я очень рассчитываю, он кое–что проверит.
— Что? — насторожилась я.
— Как твоя кровь примет новый элемент, — благожелательно пояснил мозгоправ.
— Какой элемент? — насторожилась ещё больше.
  Магистр Кайндорф молча достал небольшую коробочку с прозрачной верхней частью, а потом спросил:
— Как думаешь, что это?
  Я осторожно заглянула внутрь, но содержимое выглядело разочаровывающим: какой–то тёмный порошок, ничего примечательного. Впрочем, я была магом и знала, куда надо смотреть. Потому сейчас заворожено рассматривала ровный ярко–зелёный фон, заполонивший собой все внутреннее пространство. Цвет был таким насыщенным, что даже слепил глаза.
— Хм… Это точно кровь, — медленно проговорила я. — Точно — некроманта. Могу я поинтересоваться, с кого из феолвартцев вы её нацедили и насколько это законно?
— Если бы мне нужна была кровь феолвартца, я бы попросил брата, — фыркнул наставник.
— А чья это тогда? — непонимающе сощурилась я.
  Но вместо ответа магистр Кайндорф насмешливо спросил:
— Что ты знаешь о тёмной богине, Ясмира?
— Что она существовала на самом деле, создала некромантию, прорицание и магию иллюзии. А ещё, что она была убита…
  Я осеклась, сражённая догадкой. Но это даже в мыслях звучало невероятно, потому я все же решила осторожно уточнить:
— Вы же не хотите сказать…
— Именно, Ясмира, — не собрался меня жалеть он. — Вот это, — небрежно потряс коробочкой, — мы аккуратно соскребли с кинжала, которым была убита богиня. И, пожалуй, если существует что–то в этом мире, способное породнить тебя с Феолвартом, то лишь это.
— Эм, — я сделала шаг назад и замотала головой. — Вы с ума сошли, я не буду в этом участвовать!
  Ввести мне в организм кровь тёмной богини — ну надо же было такое придумать!
— Для тебя нет риска, — уверенно сказал наставник. — Мы почти полгода ведём эксперименты, так что точно знаем, что кровь тёмной богини уже не несёт в себе почти ничего божественного. В крови обычного человека она начинает себя вести как самый настоящий яд. Что касается некромантов… Возможны два варианта: либо ничего, либо ему становится доступна феолвартская часть некромантии.
— Вы проводили эксперименты на людях? — неверяще спросила я. — И вам позволили?
— Нет, обычным людям мы эту кровь не вводили, ограничивались взаимодействием в пробирке, — пожал плечами тот. — А вот некромантам после предварительной проверки — да.
— Сколько человек в общем… Нет, не так, — я тряхнула волосами. — Сколько некромантов приняло участие в эксперименте? — и посмотрела почему–то на доселе молчавшего полуэльфа.
— А я- то тут при чем? — искренне удивился тот. — Я в этом всем не участвовал, а здесь нахожусь исключительно потому, что наш параноик-Ник полностью доверяет только двум целителям.
  Я открыла, было, рот, чтобы спросить, кто второй, но так и захлопнула. Конечно же это Беллинда Даверлин, главный целитель Ульгрейма. Вот только сейчас всем заправляет её помощница Кариша, так как сама Беллинда беременна. У целителей вынашивание ребёнка — не самый лёгкий процесс, так что магия, да и любая излишняя активность ей категорически противопоказана. Потому вместо этого глупого вопроса, повторила первый:
— Так сколько некромантов?..
— Четверо, — невозмутимо ответил магистр Кайндорф.
— То есть, двоим эта кровь дала способности к феолвартской некромантии, а ещё двоим — ничего?
— Не совсем, — склонил голову он. — Троим ничего, одному да, стала доступна феолвартская некромантия.
  Я резко кивнула и замерла, глубоко задумавшись.
  Итак… Риск всё–таки был. Четыре человека — слишком мало для какой–либо серьёзной выборки. С другой стороны… Риск — это то, с чем я живу каждый день. А уж если учесть, что впереди маячит принудительное лечение у мозгоправа, которое, вероятнее всего, закончится для меня очень плохо…
— Яся, не переживай, — мягко проговорил Хенрим, вырывая меня из мыслей. — Я проверю все очень тщательно. Если будет хоть малейшая угроза твоему здоровью, я не позволю тебе ничего вводить.
— Ладно, — выдохнула я, решив, что хуже точно не будет. — Только я хочу знать все, что покажет предварительный эксперимент с кровью, перед тем, как позволить ввести эту гадость в моё тело.
— Разумеется, — блеснул белозубой улыбкой магистр Кайндорф. — Хенрим будет вести все этапы, так что не стесняйся задавать ему вопросы.
  А я… смотрела на ухмыляющегося полуэльфа и тоскливо думала о том, что, кажется, сама себе подложила громадную свинью. Но я слишком далеко зашла, чтобы сейчас отступить.
— Тогда предлагаю оккупировать одну из лабораторий в целительском крыле, — проговорил наставник, поднимаясь со стула. — Быстро проведём первый этап проверки, чтобы понимать, на что надеяться. А уже потом Хенрим сможет продолжать один.
— Только мне, пожалуй, надо будет, чтобы ты, Яся, каждое утро перед парами сдавала немного крови, — сложил руки на груди тот. — Я бы хотел хотя бы неделю понаблюдать за кровью перед тем, как принимать настолько серьёзное решение, как введение этой дряни в твой организм.
— Я понимаю, — вздохнула я, напоминая себе, что это для моей же пользы.
  Главное: не поддаваться на провокации мозгоправа и не дать ему больше сведений, чем тот уже имеет.
— Твоя покладистость меня настораживает, — рассмеялся он.
— Ясмира просто, как и любой некромант, очень практична, — с какой–то непонятной мне гордостью проговорил магистр Кайндорф. — В данный момент это то, что очень нужно ей. Вот она и не противится.
— М-да? — меня смерили каким–то нечитаемым взглядом. — Тогда нужно будет подумать… чем таким её соблазнить, чтобы она хоть немного, но приоткрыла завесу тайны.
  На это я лишь отвела глаза, решив, что самое умное в данном случае — промолчать.
— Идёмте, — махнул рукой наставник, направляясь к двери. — Мне не терпится посмотреть, что покажет нам этот эксперимент.
  На дверях всех лабораторий предсказуемо висели таблички об их занятости. Все же сразу после пар — совсем не то время, когда учебные аудитории пустеют. Как я уже говорила, ульгреймовцы, в основном, любили свои будущие профессии, а потому учились с завидной отдачей. Впрочем, Хенриму, кажется, было наплевать, потому что он целенаправленно пошёл к последней лаборатории и рывком распахнул дверь.
— Я прошу прощения, господа студенты, — громогласно заявил он, проходя внутрь. — Но я вынужден попросить вас покинуть помещение минут на двадцать. Пойдите пока что перекусите. А то знаю я вас, — добродушно хмыкнул. — Питаетесь плохо и нерегулярно. А в качестве компенсации я потом останусь с вами и отвечу на любые вопросы.
— И по мозгоправскому профилю?
  Я узнала звонкий голосок соседки и едва сдержала улыбку. Ну конечно же, она не могла упустить такой шанс. Странно, но сейчас выбор специализации Мии не вызывал такого отторжения и паники, как позавчера. То ли я смирилась, то ли Мия значила для меня гораздо больше, чем я сама думала.
— О, вы моя будущая коллега? — оживился Хенрим.
— Ну… Я пока только выбираю специализацию, — застенчиво отозвалась соседка. — Но хочу попробовать сдать экзамен именно по этому профилю.
— В таком случае лично для вас я готов выделить час времени на индивидуальную консультацию, — благосклонно сообщил полуэльф.
  И вот здесь мне поплохело.
  Плододающая… Пожалуйста… Если ты слышишь… Не дай этим двоим найти общий язык! Иначе мне придётся бежать из Ульгрейма в леса Шэотаканского оазиса!
  Но богиня либо не слышала, либо ей самой было интересно так надо мной издеваться, несмотря на то, что она являлась светлой. Потому что Мия выбежала из лаборатории и, заметив меня, просияла улыбкой и воскликнула:
— Яся, какая встреча!
  И, будто этого проявления близости было мало, кинулась мне на шею. Задумчивый взгляд Хенрима я истолковала как начало больших неприятностей для меня лично. Потому прошипела Мие на ухо:
— Если ты хоть что–то ему обо мне расскажешь, ты мне больше не друг!
— А я тебе друг? — хихикнула эта зараза, не спеша отстраняться. — Помнится, ты мне ещё недели две назад говорила, что хотя я тебе очень близка, но у тебя нет друзей.
  Я едва сдержалась, чтобы не скрипнуть зубами. Все же у Мии всегда были замашки мозгоправа, как я раньше этого не рассмотрела? Но сейчас не время было юлить, потому я, скрепя сердце, тяжело выдохнула:
— Друг. Я…
— Я пошутила, не дави из себя, — соседка отстранилась и закатила глаза. — Я знаю, что у тебя все очень сложно с отношениями с людьми. Мне потребовался год, чтобы быть включённой в твой личный круг. Так что я подожду, пока признание меня другом станет для тебя естественным, а не вынужденным, — и, подмигнув, шепнула: — А мастер Керриви ничего о тебе от меня не узнает. Можешь не переживать, я уважаю твои личные тайны.
— Спасибо, — я порывисто её обняла, ощущая, как мне… тепло. — За все.
— Не за что, — рассмеялась Мия, обнимая меня в ответ. — В конце концов, помогать друг другу — это нормально для друзей.
  И, отстранившись, опять подмигнула и торопливо убежала за однокурсниками. А я замерла, понимая, сколько всего было в этой последней фразе. Как минимум то, что она ценит мою своеобразную заботу и знает, сколько pаз я ей помогала. Стесняясь, делая вид, что это не я или что получилось случайно.
  Пожалуй, из Мии выйдет отличный мозгоправ.
— Твоя подруга? — раздался над головой голос полуэльфа и я, не успев до конца вынырнуть из мыслей, механически ответила:
— Да. Лучшая и единственная.
  И только после этого осознала, кому и что сказала. Встрепенулась и слегка насторожено глянула на подозрительно довольного мужчину.
— Ты боишься мозгоправов, но в лучших подругах у тебя девушка с яркой склонностью к этой специализации, — он вскинул тонкие брови. — Тебя саму не смущает это противоречие?
— О том, что Мия хочет стать мозгоправом, я узнала только позавчера, — я взяла себя в руки, а потом мой голос звучал ровно. — А другом она мне стала гораздо раньше.
— Это хорошо, что она у тебя есть, — одобрительно кивнул магистр Кайндорф. — Одного Марка для личного круга маловато, к тому же он тоже некромант.
  Хенрим вдруг склонился к моему уху и будоражащим низким шёпотом проговорил:
— Я хочу тебя сразу предупредить, что она тебе не поможет. Ей нужно минимум четыре года, чтобы научиться работать с такими случаями, как у тебя. А в идеале — все шесть. Ты просто не доживёшь до этого момента.
  Не знаю, хотел ли он меня напугать, но если так, у него не получилось. Кажется, я просто устала нервничать и бояться.
— У меня и мысли не было просить её о помощи, — фыркнула я, отстраняясь.
  Он как–то устало провёл пальцами по собственному пирсингованому уху, а затем мазнул кончиками по моему лбу:
— У тебя опять болит голова.
  И, прежде чем я успела что–то сказать, скрылся в лаборатории.
  Мне не оставалось ничего другого, как последовать за ним.
  Лаборатория представляла собой большое светлое помещение с двумя длинными столами, заставленными разными приборами, пробирками и целыми системами колб. У стен высилось несколько шкафов, сквозь стеклянные дверцы которых были видны травы, инструменты и тщательно уложенные свитки, а чуть поодаль стояли три холодильные камеры. У окна расположилось четыре кресла с накладными столиками. Я с любопытством вертела головой, потому что никогда раньше здесь не была.
— Так-с, — Хенрим быстро прошёл к одному из столов и принялся рассматривать то, что на нем лежало. — Эта подойдёт, — он схватил одну из пробирок. — Ник, мне нужна твоя помощь.
— Да? — тот подошёл ближе к другу.
— Надо две трети крови, — постучал пальцем по стеклу. — Сам я, как ты понимаешь, набрать не смогу.
  Магистр Кайндорф понимающе кивнул и, забрав пробирку, пошёл ко мне.
  А я отстраненно подумала о том, что в каком–то плане обладание даром становится ещё и неудобной особенностью. Как некромант я знала все отрицательные аспекты некромагии, коих было более чем достаточно. Но такие имелись не только у нас. Например, те же целители не могли причинить вред. Их начинало морально ломать только из–за мыслей, что можно ударить человека. Конечно, это зависело ещё и от силы дара, чем он был слабее, тем меньше влиял на неспособность к насилию. Но Хенрим был сильным целителем, потому… Ему нужна моя кровь, но он вынужден просить друга, потому что сам не способен сделать даже небольшой надрез на моем пальце.
  Я без лишних слов протянула наставнику руку, а потом с интересом наблюдала, как целитель накладывает анестезирующее заклятье на палец. Заботливый. Сам же магистр Кайндорф, не мудрствуя лукаво, создал тонкую острую полоску льда и осторожно сделал глубокий надрез на моей ладони. Я тут же перевернула кровоточащую кисть так, чтобы большая часть красной жидкости все же стекала в пробирку, а не на пол.
— Все, достаточно, — скомандовал полуэльф и нежно провёл пальцами вдоль пореза, отчего тот тут же затянулся, словно его и не было никогда. — Дайте мне десять минут, — проговорил он, крепко держа пробирку.
  И торопливо ушёл к столам.
  Магистр Кайндорф приглашающе махнул в сторону кресел и любезно произнёс:
— А пока, Ясмиpа, давай с тобой повторим, какие предметы нужны для проведения спиритического сеанса и разберём самые частые ошибки при его проведении.
— Хорошо, наставник, — безмятежно отозвалась я, подумав, что лучше уж моя голова будет забита спиритизмом, чем колдующим над кровью мозгоправом.
Назад: ГЛАВА 2
Дальше: ГЛАВА 4

courniEi
Совершенно верно! Мне нравится Ваша идея. Предлагаю вынести на общее обсуждение. --- Бывает же такое..... fifa 15 cracks 3dm v5 торрент, fifa 15 скачать торрент pc 7 а также фифа 16 официальный сайт скачать fifa 15 на андроид много денег