Книга: Снежная Королева: Шлейф Снежной Королевы. Бой Снежной Королевы. Тень Снежной Королевы. (сборник)
Назад: Глава 10
Дальше: Глава 12

Глава 11

Пассажирский шаттл взмыл в воздух и взял курс на Шварцвальд. Вальтер сидел в кресле и обдумывал предстоящее задание. Летит он как бы один. Но вместе с ним, чисто случайно, летят этим же рейсом еще четверо – Алексей и еще три человека из оперативной группы. Причем эти трое – на подстраховке. Решили исходить из худшего – вдруг полиция узнает о драке возле бара «Аладдин» и решит задержать Вальтера и Алексея для выяснения обстоятельств? В этом случае остальные ни в коем случае не вмешиваются, а стараются уйти незамеченными и сразу связываются с начальством, докладывая обстановку. Если же возникнут проблемы чисто криминального характера, приходят на помощь. И вчера произошел еще один странный случай. Из города не вернулся Хан. Полицию решили пока не ставить в известность, дабы не привлекать внимания. Может, Хан просто загулял. А может, решил сбежать. Но в любом случае из-за его исчезновения абсолютно никто в экипаже не расстроился.
Шаттл шел на высоте двадцати трех километров, и на стереопанелях пассажирского салона была хорошо видна поверхность планеты. Нойштадт остался позади и вокруг до самого горизонта простирался океан. Соседи болтали о чем-то своем, а Вальтер решил еще раз проанализировать ситуацию. Ощущение близкой опасности не покидало. То, что им подготовили встречу, уже ясно. И то, что их не хотели ликвидировать, тоже ясно. Но почему его, с одной стороны, хотят так усиленно подвести к Елене Крюгер, а с другой – всячески этому препятствуют? Как будто против него играют два противника с диаметрально противоположными целями. В случайную встречу с грабителями он не верил. Тем более с остальными членами экипажа, побывавшими в городе, не произошло ничего подобного. «Повезло» только им с Алексеем. Значит, эта драка возле бара специально подстроена. Но если это так, то почему их вели от самого космопорта? Если знали, куда они направляются? И перестали вести, когда они уклонились от маршрута? Ведь гораздо логичнее было бы выставить засаду возле бара, не настораживая их раньше времени и постаравшись застать врасплох. Сплошные непонятки…
Когда полет подходил к концу и шаттл начал снижение, Вальтер еще раз окинул взглядом пассажиров в салоне. Вроде бы явно никто не следит. Но о них вполне могли уже передать информацию в космопорт Шварцвальда. В общем, ждать осталось недолго. А пока можно сосредоточиться за наблюдением процесса захода на посадку. Все равно от него пока ничего не зависит.
Береговую линию с огромным мегаполисом на побережье было видно издалека. Шаттл постепенно снижался и уходил в сторону от города, направляясь к занимающему большую площадь космопорту. На летном поле стояло большое количество как грузовых кораблей, так и пассажирских лайнеров. Далеко в стороне была отдельная стоянка для яхт и маломерных судов. Стоянка пассажирских шаттлов местных линий с влетно-посадочной площадкой находилась поблизости от терминала космопорта, и именно туда они и направлялись. Заход на посадку не занял много времени, и вскоре шаттл коснулся бетонных плит летного поля. Недолгое руление к месту стоянки, и корабль замер. Пассажиры радостно загалдели и потянулись к выходу. Вальтер и его провожатые делали вид, что друг с другом незнакомы. Мало ли что…
Когда все пассажиры были доставлены в зал прилета, Вальтер обратил внимание на четверых полицейских, стоявших у выхода. И едва он сделал попытку покинуть территорию пассажирского терминала, как был тут же взят «под белы ручки». Правда, вели себя стражи порядка вежливо.
– Господин Вальтер Хартман?
– Да, это я.
– Вам придется пройти с нами.
– А что случилось?
– Там вам все объяснят.
Вальтера отвели в сторону и тут же сцапали Алексея. Оставшиеся трое из экипажа «Сармата» сумели проскользнуть мимо полицейского кордона и теперь делали вид, что решают, куда идти. Очевидно, никто больше полицию не интересовал. Старший из полицейских попросил следовать за ними, и вскоре все оказались в одном из кабинетов службы охраны космопорта. За столом сидел человек в штатском и просматривал какие-то документы. Старший наряда доложил, что задержанные доставлены, и получил распоряжение подождать за дверью. Сидевший за столом поздоровался и предложил сесть. Какое-то время он продолжал игру в молчанку, копаясь в бумагах, но наконец изволил обратить внимание на своих гостей.
– Господа, приношу вам извинения за беспокойство, но мы вынуждены это сделать. Я инспектор криминальной полиции Гроссман. Вы, насколько мне известно, члены экипажа грузового корабля «Сармат», прибывшего недавно в космопорт Нойштадт, Вальтер Хартман и Алексей Кирсанов. Вы подтверждаете это?
– Да, подтверждаем.
– Тогда перейдем к делу. Вчера вечером произошла драка неподалеку от бара «Аладдин» в Нойштадте, в которой вы приняли самое активное участие. Надеюсь, вы не будете этого отрицать, так как следствие располагает записями камер визуального контроля. Не удивляйтесь, район там неблагополучный, и хозяева всех местных заведений не пренебрегают мерами безопасности. Сами понимаете, что закрыть глаза на это дело мы не можем. Пока вы проходите по делу как свидетели, поскольку напавшие на вас личности хорошо известны, как известна и их репутация. Откровенно скажу, я был бы рад с вашей помощью засадить их за решетку. Но требуется соблюдение определенных бюрократических процедур, поэтому и решил сразу обратиться к вам. Чем скорее мы все закончим, тем лучше и для вас и для меня. Поэтому прошу проехать вместе со мной в комиссариат и провести все необходимые следственные действия.
– Мы готовы помочь следствию, господин Гроссман, и никаких препятствий в этом чинить не будем.
– Что же, я рад, что мы нашли общий язык. Прошу вас пройти со мной, господа.
Гроссман вызвал стоявших за дверью полицейских, и все вместе вышли из здания пассажирского терминала через служебный вход, возле которого стоял полицейский автомобиль. Ситуация Вальтеру очень не нравилась, а ощущение опасности просто «зашкаливало». Но конфликтовать со стражами порядка не хотелось. Неизвестно, как все дальше сложится. Возможно, они действительно интересуют полицию только как свидетели? Переглянувшись с Алексеем, он понял, что тот думает точно так же. Один из полицейских открыл дверцу полицейского фургона и сделал приглашающий жест. Ничего не оставалось, как только забраться внутрь. Когда дверь захлопнулась, Вальтер заподозрил неладное. Ни один из полицейских не сел рядом с ними, а салон фургона был отделен от кабины водителя стенкой с толстым стеклом. Они сами залезли в ловушку. Алексей подал знак – «сиди тихо!» Как знать, может и обойдется…
Машина дала ход и вырулила на автобан, связывающий космопорт с городом. Через стекло между кабиной и остальной частью фургона трудно было что-либо понять, но Алексей, поглядывая иногда туда время от времени, успокоил жестом. Действительно, они едут в направлении Шварцвальда. Но вот стекло отодвинулось в сторону и тут же закрылось, а им под ноги упал длинный шипящий предмет.
– Твою мать!!!
Алексей метнулся к двери и попытался ее открыть, но она была заблокирована. Между тем газовая граната уже начала делать свое дело. Как Вальтер и Алексей ни пытались открыть дверь или выбить стекло в стенке, ведущей в кабину, так ничего и не получилось.

 

Сознание возвращалось медленно, урывками. Вальтер пришел в себя, но глаза открывать не спешил. Он понял, что лежит на чем-то твердом и рядом кто-то есть. Руки были заведены за спину и, похоже, скованы наручниками. Вот это влипли, причем по-глупому… Но кто же их сцапал? Неожиданно раздался знакомый насмешливый голос:
– Сапоги, хватит корчить из себя болезных. Ведь вижу, что очухались.
Вальтер открыл глаза и первое, что он увидел, была ухмыляющаяся физиономия Хана. Рядом лежал Алексей, и по виду окружающей обстановки понял, что они находятся на каком-то недостроенном объекте. Неподалеку стояли инспектор Гроссман, один из полицейских в форме и трое незнакомых личностей в гражданском. Причем вид инспектора явно говорил за то, что задерживаться здесь и дальше у него особого желания нет. И совсем удивительным оказалось, что он довольно неплохо говорит по-русски.
– Ну что, скоро твой босс появится? И где обещанные десять тысяч?
– О-о-о, а вот и наши болезные очухались! Подожди, инспектор, тебе же сказали, что босс сейчас приедет и рассчитается.
– Это ваши дела, а мне здесь торчать неинтересно!
– Будешь торчать. Пока босс не приедет и не решит, что с этими «сапогами» делать, ты отсюда не уйдешь. Чистеньким хочешь остаться?
– Ты как со мной разговариваешь, уголовная морда?!
– Легавый, а может, и тебя рядом закопать? И десять тысяч платить не придется… Ладно, ладно, шучу… Но запомни, продажный мусор. Это ты в своей мусарне что-то значишь, а здесь ты никто. Все, увянь, мне надо с моими дорогими друзьями поговорить. Как самочувствие, начальник?
– Что все это значит, Хан?
– Как – что значит? Вы у меня в гостях. Вот только босса дождемся, тогда и потолкуем.
– А ты что же? Не уполномочен?
В голосе Алексея сквозила насмешка. И он, и Вальтер догадывались, что перед ними обычная шестерка на побегушках, иначе уже бы начался серьезный разговор. Но они ждут какого-то босса. Ладно, подождем… Тогда хоть что-то прояснится. Но как Вальтер ни думал, кому же они перешли дорогу, так ничего и не придумал. Ясно только, что все началось задолго до того, как «Сармат» стартовал с Земли.
Между тем Хан подошел к Алексею, также лежавшим связанным на полу, и стал молча пинать его ногами. Но делал это явно с целью не допустить летального исхода. Закончив, отошел в сторонку и закурил.
– Начальник, я уполномочен на то, чтобы заставить вас обоих заткнуться и сидеть тихо. Причем в средствах не ограничен, лишь бы вы остались живы и смогли разговаривать после этого, так что прикуси язык. Приедет босс, тогда и поговорим. А поговорить с тобой мне самому ой как хочется…
Вальтер понял, что это не пустая угроза, и не стал задирать уголовника. Остальные стояли неподалеку и поглядывали на пленников с интересом, но пока никакой враждебности не проявляли. Он попытался оценить противников. С Ханом все ясно – обычный уголовник. Инспектор Гроссман чувствует себя очень неуютно и его единственное желание в данный момент – оказаться подальше от этого места. Похоже, он не раз пожалел, что ввязался в эту авантюру, и не уверен, что уйдет отсюда живым. Но это обычный продажный «мусор», каких, к сожалению, хватает. А вот четверо остальных… Трое в штатском и один в полицейской форме… Похоже, ряженый, а не полицейский… Типаж у всех такой же, как у Алексея. Четыре поджарых двуногих хищника… Насмотрелся он на таких во время спецопераций на территории противника. Значит, вляпались они очень серьезно и живыми их вряд ли отпустят. Но что же стоит за всем этим? Ясно, что охотились скорее всего на него – Вальтера Хартмана. Так как иначе трудно объяснить всю цепочку предшествующих событий. Алексей их вряд ли интересует и его сцапали просто за компанию, как свидетеля. Причем, если бы их хотели просто ликвидировать, то ничто этому не мешало. Значит, от них хотят получить какую-то информацию. Но какую?! Что они могут знать сверхсекретного?!
Неожиданно раздались шаги, и из-за угла показался человек. Вальтер повернул голову, чтобы получше рассмотреть вновь прибывшего, и у него отвисла челюсть от изумления. В нескольких метрах от него стоял и улыбался старый знакомый – старший лейтенант Космофлота Федерации Алонсо Ногейра. Только на этот раз не в форме со всеми регалиями, а в штатском…
– Ну, вот мы наконец-то и встретились, мой дорогой друг Вальтер Хартман! Если бы ты знал, как я ждал этой встречи!
– Господин старший лейтенант, вы?! Но что все это значит?!
– Да, это я. А что все это значит? Должок за тобой. А я никому не прощаю долгов. В прошлый раз не получилось, но теперь-то ты никуда не денешься.
– Так значит, это все же вы подстроили мне аварию?
– А ты в этом сомневался? Впрочем, сейчас это уже значения не имеет. У меня к тебе только один, но очень важный вопрос, Вальтер. Кто ты такой на самом деле? Ты создал мне колоссальные неприятности. Именно из-за тебя меня вынудили подать в отставку после заседания трибунала и предупредили, чтобы не совал нос, куда не надо. Даже мой папаша на этот раз не смог помочь, хоть и старался… Но, что поделаешь, я очень любопытен. После того, как мы неожиданно встретились в Спэйс-Сити и до того, как ты умудрился так хитро выкрутиться, я провел очень большую работу. В частности, мне удалось навести кое-какие справки в госпитале, куда ты попал после аварии, и выяснить очень странные вещи. Оказывается, выжить ты не мог ни при каких обстоятельствах, если судить по характеру и степени тяжести ранений. Я консультировался у нескольких специалистов, не ставя их в известность об объекте своего интереса, и все в один голос подтвердили – человек с такими ранениями не жилец. Как же ты умудрился выжить? И не только выжить, но и остаться в строю, продолжая службу пилотом-истребителем? И что ты за птица, раз тебя фактически спасают от тюряги, а меня вышвыривают со службы, да еще и предупреждают, чтобы не лез не в свое дело? Меня, сына Кристофера Ногейры, далеко не последнего человека в правительстве Федерации? Вот эти вопросы и не дают мне покоя. Получается, что ты не так прост, как кажешься, Вальтер. Может, объяснишь?
– Но я, правда, не знаю, как я выжил. Мне все врачи говорили, что это фактически чудо. И я понятия не имею, какая возня вокруг меня творится. Сам хочу это узнать.
– Значит, не хочешь говорить… Я в чудеса не верю, Вальтер. Ну ладно, не хочешь сказать по-хорошему, скажешь после дозы «жасмина». Информацию я из тебя все равно вытяну. Каким именно образом – решай сам.
– Но мне правда нечего сказать! Я сам удивлен тем, что вокруг меня происходит в последнее время!
– Ясно… Впрочем, другого я от тебя и не ожидал. Все, ребята, работайте. Он ваш.
Трое в штатском и ряженый «полицейский» подошли к Вальтеру, и у него все похолодело внутри. Он прекрасно знал, что такое «жасмин». Психотропный препарат летального действия, применяемый бойцами спецподразделений при проведении антитеррористических операций и в боевых условиях, когда нет надобности оставлять пленного живым. Развязывает язык любому, а через несколько часов – летальный исход. Ни одного случая выживания после введения этого препарата не зафиксировано. Но они, очевидно, медлили и надеялись, что Вальтер одумается. «Полицейский» даже стал увещевать его:
– Не дури, парень. Расскажи все, как есть. Ведь все равно узнаем, так хоть жив останешься.
– Но я правда ничего не знаю!!!
– Долго вы копаться будете?!
Господин Ногейра начал терять терпение. Он нервно курил и с ненавистью смотрел на Вальтера. Трое навалились на лежавшего пленника, прижав к бетонному полу. «Полицейский» достал из кармана красную пластиковую капсулу и стал отвинчивать защитный колпачок. Как Вальтер ни пытался вырваться, это ему не удалось. И спустя пару секунд после введения препарата его тело затихло, а глаза закрылись.
– Ну, вот теперь и побеседуем! Итак, как твое настоящее имя?
Ногейра довольно потирал руки, отбросив сигарету, заглядывая в лицо Вальтеру, но тот никак не реагировал на вопрос. Прошло уже более минуты, но никакого эффекта препарат не оказывал…
– Почему он молчит? Когда эта дрянь начнет действовать?
– Непонятно, босс… Должно практически сразу…
«Полицейский» нагнулся к лежавшему навзничь Вальтеру и приподнял ему веки. Пощупал пульс на шее и тут же рванул рубашку, прижав ухо к груди. После чего удивленно уставился на хозяина.
– Босс, ничего не понимаю! Похоже, он загнулся! Сердце не бьется!
– Как загнулся?! Что ты ему вколол?!
– «Жасмин», можете не сомневаться. Может, парадоксальная реакция? Один случай на миллиард? Но о подобном никто не слышал!
– Мне плевать, какая там у него реакция!!! Его можно как-то откачать, чтобы вытряхнуть информацию любым другим способом?!
– Увы, босс. Еще никому не удалось получить информацию от покойника.
– Дуболомы, за что я вам деньги плачу?! Ладно… Что сделано, то сделано… Во всяком случае, Вальтер, ты получил по заслугам… Приберите здесь все…
– А со вторым что делать?
– Что хотите. Мне он не нужен. Думаю, и вам тоже.
– Босс, вы же обещали его мне!
Вперед выступил Хан и вопросительно уставился на хозяина.
– Раз обещал, забирай. Только быстро. Надо сматываться отсюда.
– Ну что, начальник, поговорим?
Хан с улыбкой повернулся к избитому Алексею и достал нож. Тот попробовал встать, но ничего не получилось.
– Не дергайся, начальник. За все ответ держать надо. И за твой гнилой базар, и за то, что мои кореша из-за тебя богу душу отдали. Жаль только, что времени нет. А то бы я с тобой очень долго потолковал…
Хан нагнулся над связанным пленником и поднес нож к его лицу…

 

Сознание возвращалось. Снова стали различимы звуки и запахи, а затем перед глазами возникла картина, запечатленная совсем недавно. Враги рядом. И они собираются нанести вред командиру…
Резкий звук разрываемого металла заставил всех обернуться. Увиденное граничило с мистикой. Вальтер поднимался с пола. Наручники он разорвал, и больше они ему не мешали…
«Полицейский» и трое «штатских» отреагировали быстро, выхватив пистолеты и направив их на ожившего покойника. Но это им не помогло. Вальтер непостижимо быстро оказался рядом, и менее чем за секунду все четверо лежали без признаков жизни. Никто не успел выстрелить. Вальтер подхватил два пистолета, отшвырнув два других к стене, и направил оружие на стоявших в состоянии ступора Ногейру, Гроссмана и Хана. Гроссман сделал судорожное движение в попытке извлечь пистолет, но выстрел, выбивший осколки бетона возле самых ног продажного инспектора, убедил всех вести себя благоразумно.
– Быстро мордой в пол, руки за голову! Командир, ты как, живой?
– Вроде живой… Ну, ты даешь, авиация!!! Как это ты смог?!
– Долго рассказывать…
Вальтер обыскал всех троих и отобрал оружие у инспектора. Там же нашелся и ключ от наручников. В кармане у Хана оказался футляр с серьгами, предназначенными в качестве подарка для Елены Крюгер, за что Хан тут же схлопотал рукояткой пистолета по почкам. Затем, приглядывая за лежавшей на полу троицей, подошел к Алексею и освободил его от наручников. Алексей, кряхтя, поднялся с пола. Увиденное не укладывалось в его сознании. Он уже распрощался с жизнью, как вдруг произошло настоящее чудо. Самого начала боя он не видел. Увидел только, как какая-то темная молния метнулась к стоящим противникам и непостижимым образом уложила их всех! Воистину, чудеса на свете все же случаются…
– Ну, авиация, ты даешь… Значит, все же ваньку валял? На базовый комплекс это совсем непохоже… Подожди, а куда твой акцент подевался?! Кто ты есть на самом деле?!
– Я же говорю, долго рассказывать. Хан, зачем ты сбежал? Мы за тебя все очень волновались. Ладно, позже поговорим. Командир, ты пока возьми ствол и посторожи этих клоунов. Если начнут быковать, прострели им колени. Все потом меньше работы будет. А я выйду наружу, посмотрю, нет ли там еще кого…
Вальтер понял, что находится на недостроенном объекте. Рядом в пределах видимости никого, но на самом выходе за углом кто-то есть. Тихо передвигаясь среди строительного мусора, он тщательно следил за окружающей обстановкой, но кроме одного типа в полицейской форме, стоявшего «на стреме», больше никого из сообщников господина Ногейры поблизости не обнаружил. Часовой, возможно, и услышал одиночный выстрел, но не придал ему значения, посчитав это ликвидацией свидетеля. И Вальтер, неожиданно появившийся рядом из ниоткуда, оказался для него полной неожиданностью. Было даже забавно наблюдать, как он с широко открытыми от ужаса глазами лапает кобуру в надежде извлечь пистолет. Но… На войне – как на войне. Вальтер двинулся дальше, оставив за собой еще один труп с проломленной височной костью. Если есть возможность делать все тихо, то зачем шуметь? И патроны тратить?
Обойдя стройку по периметру, Вальтер больше никого не обнаружил. Скорее всего, из-за того, что был выходной день. На стройплощадке стояли три автомобиля. Полицейский фургон, на котором привезли их с Алексеем, и еще две легковушки. Ну что же, хорошо хоть больше ни одного постороннего нет. А то… Свидетелей только не хватало…
Оглядев еще раз окрестности, задумался. Вот так фортель выкинула судьба… И что теперь будет? С одной стороны – ничего хорошего. Но зато с другой… Правда, если только ему поверят и захотят помочь… Но в любом случае обратно он не вернется… Никогда… Ни при каких обстоятельствах… Вальтер тяжело вздохнул и пошел обратно, думая об Алексее. Эх, командир, командир… Что же с тобой делать?.. Ты ведь тоже свидетель…
Внутри ничего нового не произошло. Алексей сидел на каком-то ящике под стенкой и держал под прицелом оружия уткнувшуюся физиономиями в бетон троицу.
– Ну как дела, командир? Как наши гости? Не шумят, не требуют адвоката? Или передать их в руки полиции с соблюдением законности?
– Пытаются то запугать, то купить. А так больше ничего нового.
– Ну и ладно! Я там снаружи еще одного зачистил, больше поблизости никого нет. Поэтому давайте теперь спокойно и не спеша побеседуем. Меня очень интересуют подробности этого дела. Хан, ты у меня подарок для хорошей женщины спер. Разве в вашей среде это не называется крысятничеством? Брать у своих?
– Так ты не блатной, Вальтер. У тебя можно. Слушай, ведь по тебе видно, что ты деловой человек и правильный пацан. Давай договоримся!
– Обязательно договоримся, Хан. Но только после того, как ты мне всю правду расскажешь…
Дальнейшее было зрелищем не для слабонервных. Даже у Алексея, знакомого с этим не понаслышке, глаза стали круглыми от удивления. За Ногейру и Гроссмана не было и речи. Вальтер начал неторопливо и методично вытягивать информацию из Хана, проявив настоящий талант в проведении экстренного допроса пленного, после которого его лучше не оставлять в живых из соображений гуманности…
Но информации было немного. Хан не знал практически ничего. Он работал на отца Ногейры, который занимал высокий административный пост и одновременно занимался контрабандой наркотиков, вовсю эксплуатируя свой «административный ресурс». Недавно Хан получил от него распоряжение затесаться в экипаж «Сармата» вместе с другими уголовниками, с которыми его познакомили незадолго до прибытия на корабль. Но какова была конечная цель этой акции, он не знал. По прибытию в космопорт Нойштадта связался по указанному номеру и получил распоряжение уходить. А потом встретить «гостей» в условленном месте. Когда информация иссякла, и из Хана кроме воплей ничего выжать было нельзя, Вальтер просто сломал ему шею. Усмехнувшись, посмотрел на находившихся на грани обморока Ногейру и Гроссмана.
– Вот так, господа. «Жасмина» у меня нет, поэтому пришлось прибегнуть к старым классическим методам святой инквизиции с привнесением в них последних достижений в этой области. Желаете рассказать все сами, или вас надо сначала убедить это сделать? Информацию из вас обоих я все равно вытащу. Каким образом – решать вам.
Никого убеждать не пришлось, и информация полилась, как из рога изобилия. Вальтер внимательно слушал, иногда задавая вопросы, но это было совсем не то, что он надеялся услышать. Ситуация оказалась простой до глупости. Действия старого врага базировались исключительно на желании отомстить. Никакого другого мотива у него не было. Именно это было причиной нападения на него в Петербурге. Каким-то образом Вальтер все же засветился, и Ногейра узнал о его местонахождении от своих осведомителей. Но о всем прочем он не имел ни малейшего понятия! Ни о странном кейсе, сразу же изъятом «полицией», едва он переступил порог родного дома, ни о слежке в Берлине, ни о появлении господина Сваровски, ни тем более о событиях на Пандоре. И встреча на Луне была абсолютно случайной! Вот драка в Нойштадте возле бара «Аладдин» и появление инспектора Гроссмана – его рук дело. Надо было любым способом заманить Вальтера в ловушку. Как Вальтер ни изворачивался, задавая вопросы с подтекстом, стараясь поймать своих врагов на неточностях, но вскоре убедился – они говорят правду. И ко всей странной цепочке событий не имеют ни малейшего отношения. А это еще больше запутывало ситуацию…
Когда поток информации иссяк, Вальтер призадумался. Алексей смотрел на него с интересом, но помалкивал. Наконец, Вальтер принял решение и отозвал его в сторонку.
– Плохо дело, командир. Я-то думал, что за всеми событиями стоит какая-то важная цель, против нас играет серьезный противник, а этот спесивый психопат-рогоносец во всем этом замешан и может дать ключ к разгадке. А оказывается, он просто путался под ногами, устроив свою вендетту, и мешал не только нам, но и тому, кто играет против нас. А это значит, что неприятности продолжатся. Больше мы сами ничего сделать не сможем, пора выходить на контакт с серьезными людьми.
– С какими? А может, давай я их еще потрясу?
– Да куда их еще трясти? Они и так сами трясутся, что из них все сыплется. Один – зацикленный на собственной исключительности и вседозволенности мажор, сразу же обделавшийся при попадании в критическую ситуацию, а второй – продажный «мусор», которого интересуют только деньги. Этот вообще ничего не знает. Ты думаешь, почему я начал с Хана? Подобные ему шестерки знают немного. А вот для психологического воздействия на остальных он подошел как нельзя лучше. Ведь ты согласен, неплохо получилось?
– Да уж, кто бы сомневался… И что дальше?
– Вообще-то, я обязан ликвидировать свидетелей согласно инструкции. Всех без исключения…
Оба пленника услышали разговор, как ни старался Вальтер говорить тихо, что привело к необычайному всплеску активности и уверений в своей полезности. Ногейра сразу попытался перевести разговор в привычное для него русло.
– Вальтер, давай договоримся! Мой папаша заплатит тебе, сколько скажешь! Ну чего ты добьешся, если прикончишь меня?!
– Во-первых, господин бывший старший лейтенант, я вам никогда не тыкал. Во-вторых, вы убили меня уже дважды. Неужели думаете, что я дам вам возможность сделать третью попытку? В-третьих, наконец-то появилась возможность прижать вашего папашу. Ну и в– четвертых, у вашего папаши все равно нет того, что мне нужно. И он не сможет предоставить мне это при всем желании. Даже за все свои деньги, сколько их у него есть. Поэтому я обеспечу вам обоим встречу с генералом Миллер…
После сказанных слов инспектору Гроссману поплохело. Видно, кто есть генерал Миллер, он знал очень хорошо. Ногейра пытался торговаться еще, но Вальтер подошел и двумя точными ударами привел обоих в бессознательное состояние. Алексей смотрел на все это, открыв рот от изумления.
– Вальтер, ты хотя бы теперь объяснишь, что все это значит? То, что ты никакой не пилот, выгнанный со службы, я уже понял.
– Правильно понял, командир. Да только нам обоим от этого не легче. Этот придурок своей глупой вендеттой меня раскрыл, поэтому я обязан ликвидировать всех свидетелей. Тебя, кстати, тоже. Но тебе повезло – я творчески подхожу к выполнению всех инструкций. А эту парочку сдам с рук на руки генералу Миллер. Правда, ситуация от этого лучше не станет. Если тебя не прикончу я, то это сделают те, кто меня послал. Они об этом все равно узнают, долго ты не побегаешь. О возвращении на Землю тебе лучше вообще не думать. Спрячься в какой-нибудь норе здесь, в Шварцвальде. Или, махни на другое полушарие планеты и затеряйся там. Может быть, через несколько лет о тебе и забудут. Но зная нравы моей конторы – вряд ли…
– Господи, кто ты есть, Вальтер?! Ты из конторы?! То есть из МГБ?!
Вальтер грустно смотрел на своего друга. Вот это он влип, так влип…
– Лешка, говорю тебе, как своему другу и боевому товарищу. Лучше исчезни и не задавай лишних вопросов. Ты даже не представляешь, в какое дерьмо вляпался. Пока еще ты знаешь немного. Может быть, и обойдется. Но если пойдешь со мной и дальше, то такой возможности больше не будет. Ты станешь носителем секретной информации, и контора все равно до тебя доберется, когда узнает об этом. А она узнает, можешь не сомневаться.
– Вальтер, не считай меня трусом. Мы с тобой выжили в аду под названием Пандора. Именно ты спас наши шкуры, давай уже называть вещи своими именами. Неужели ты считаешь, что я способен бросить тебя и удрать, когда запахло жареным?
– Ну, смотри, я тебя предупредил. Только не удивляйся теперь ничему. Когда ты узнаешь всю правду, как бы об этом не пожалел. Но уже поздно будет.
– Вальтер, вот ты заладил! Я ведь уже сказал, что не собираюсь бежать и прятаться.
– Как хочешь. Я сказал – ты услышал. Все, сматываемся отсюда. А то еще, не ровен час, кто-нибудь нагрянет. Не ликвидировать же всех посторонних мирных обывателей, оказавшихся свидетелями…
Но уходить Вальтер не спешил. Он собрал все оружие и самым тщательным образом обыскал трупы, изъяв все документы, деньги, средства связи и пульты от автомобилей. После этого, подхватив за шкирку находящихся без сознания Ногейру и Гроссмана, поволок их к выходу. Алексей, смотревший за всем этим с удивлением, попытался помочь в переноске «тел», но тут же сел на пол, охнув и скрипнув зубами. Вальтер оглянулся.
– Что с тобой?! Твою мать, какого хрена молчал?!
Бросив свою ношу, он наклонился над Алексеем.
– Командир, не время строить из себя героя. Быстро говори, где болит.
– Ребра… Справа…
– А ну ложись на пол и не выпендривайся!
Уложив Алексея на бетон, Вальтер расстегнул рубашку и прошелся пальцами по грудной клетке и животу. И вынес вердикт:
– У тебя два ребра сломаны, плюс, похоже, серьезные ушибы внутренних органов, но разрывов нет, иначе бы ты так не чирикал. Надо срочно в клинику. А пока подожди, я тебя на несколько часов «заблокирую». Вылечить не вылечу, но от боли избавлю.
И Вальтер начал надавливать на различные точки на теле. Спустя несколько минут Алексей смотрел на него, как на чудо.
– Вальтер, ты что натворил?! Ведь я практически ничего не чувствую! Своей шкуры не ощущаю!
– Древняя китайская методика. Резко снижается чувствительность всего тела. Такое состояние длится от трех до четырех часов, потом онемение проходит. Этот метод долгое время был забыт, и его вновь открыли сравнительно недавно. Но работать нужно очень аккуратно. А то можно нанести вред пациенту.
– Охренеть!!! Вальтер, так ты еще и врач?!
– Нет. Но первую помощь оказать могу. Все, хорош трындеть. Быстро ноги в руки и сматываемся. Думал посадить тебя за руль второй машины, но теперь этого лучше не делать. Поедем на одной. А этих клоунов в багажник засунем.
Снова подхватив обоих пленников за шиворот, Вальтер потащил их к выходу. Алексей шел следом и удивлялся все больше и больше, практически не ощущая своего тела при ходьбе. Когда они наконец-то вышли на открытое пространство строительной площадки, где стояли автомобили, уже стемнело. Вальтер снова бросил на землю свой «груз», достал все три пульта управления от автомобилей и поочереди их активировал, определяя нужный. Брать полицейский фургон он не хотел, машина уж очень приметная. Выбрал более крупную легковушку. Открыв багажник, загрузил туда обоих горе-похитителей, и открыл дверцу перед Алексеем.
– Прошу, ваша светлость!!! Карета подана!
– Вот клоун! Без хохмы не можешь!
– Ты у нас раненый, поэтому требуешь бережного обращения. Садись и не вякай!
Сев в машину, Вальтер первым делом вывел на экран компьютера карту. Надо было выяснить, где они находятся. Получалось, что не так уж и далеко от Шварцвальда. Уточнив свое местонахождение и наметив план дальнейших действий, Вальтер запустил двигатель и вывел автомобиль на дорогу, ведущую к скоростному автобану. Летать здесь нельзя, поэтому придется передвигаться древним способом – на колесах. А пока надо прояснить ситуацию.
– Лешка, до города с учетом крюка, что мы сделали, чуть больше тридцати километров, доберемся быстро. Пока будем ехать, решай. Даю тебе последний шанс одуматься. Недалеко от въезда в город находится клиника, могу отвезти тебя туда, и больше мы никогда не увидимся. Скажешь, что напали грабители, избили и бросили. А тебя случайно проезжающая машина подобрала и водителя ты не знаешь.
– Вальтер, черт ты летающий! Сколько раз тебе повторить, что никуда я бежать не буду? Не спорь с раненым, а то мое состояние может резко ухудшиться! И кто потом твою шкуру не в воздухе, а на земле спасать будет?
– Ладно, хрен с тобой. Но учти, теперь что бы ни случилось, веди себя тихо и слушайся меня во всем. Как знать, может, и выкрутимся. Мне уже, во всяком случае, терять нечего…
Вскоре автомобиль выбрался с боковой дороги на скоростной автобан и рванул в сторону города. Как Вальтер ни торопился, но нарушать скоростной режим было нельзя. Иначе очень быстро появится полиция. А они на угнанной машине, да еще и с двумя «пассажирами» в багажнике. Поэтому надо вести себя максимально законопослушно. Долгое время ехали молча. Вальтер включил автопилот и думал о том, что делать дальше. Алексей помалкивал, но бросал на своего друга время от времени удивленные взгляды. Наконец, не выдержал:
– Вальтер, прости за глупый вопрос – а куда мы собственно едем? К Елене Крюгер мы уже не пойдем?
– Пойдем, но не сейчас. Сначала надо переговорить кое с кем. Причем не по моему или твоему коммуникатору. Чужие, что я собрал, тоже не годятся. Обратил внимание, что я их все выкдючил?
– Думаешь, нас пасут?
– Уверен. Поэтому свяжемся из городского стереовидеофона. Их все поставить на прослушку просто нереально.
– А с кем свяжемся?
– Сначала с Еленой, но боюсь, что она не ответит. Если не ответит, то с генералом Миллер. Она нас на Елену выведет.
– Она? Это женщина?
– Да. Знаменитая Ведьма с «Летающей Ведьмы», легенда Космофлота Федерации. Ольга Шереметьева, ставшая здесь Ольгой Миллер. Ты разве не помнишь историю с ее побегом?
– Так это она?! Ну, ни хрена себе!!! А кто она сейчас?
– Генерал-лейтенант государственной тайной полиции, начальник департамента по борьбе с пиратством и терроризмом. Или первый заместитель шефа гестапо, как она шутит. Тем более этих двух типов все равно надо сдать ей с рук на руки. Не будем создавать проблемы, если можно их избежать.
– А зачем такие сложности? Адрес и номер коммуникатора Елены я знаю. Поехали бы прямо к ней. А туда бы и Миллер своих «гестаповцев» прислала, чтобы этих придурков забрать.
– Не все так просто, Алекс… Впрочем, скоро поймешь…
Автомобиль мчался по ночному автобану, и Вальтер в который раз прокручивал в уме различные варианты. Все зависит от того, удастся ли быстро связаться с Миллер и Крюгер. А если удастся связаться, то удастся ли их убедить в правоте своих слов…
Вдали засверкали огни большого города. Впереди вспыхнул дорожный указатель, предупреждающий о повороте на дорогу, ведущую к клинике, находящуюся в глубине парка. Иногда сквозь деревья проглядывали огни ее корпусов. Вальтер уменьшил скорость.
– Командир, принимай командирское решение. Направо – клиника. Прямо – город. Куда едем?
– В город.
– Понял.
Автомобиль увеличил скорость и устремился навстречу зареву огней в ночи. Вальтер внимательно смотрел по сторонам, понимая, что долгая дорога заканчивается. Дорога, оказавшаяся дорогой в Неизвестность. И что ждет его в конце этого пути?
Въехав в город и немного поплутав по улицам, Вальтер вскоре заметил один из офисов службы дальней гиперсвязи, но из нее можно было выходить также и в городскую сеть. Припарковав машину на площадке возле офиса, вздохнул.
– Вот и все… Пошли. Не знаю, как нас встретят.
– А эти двое в багажнике буянить не начнут?
– Не начнут. Они как минимум еще пару часов не очухаются. Все, идем…
Выйдя из машины, Вальтер по привычке осмотрелся. Но вокруг ничего подозрительного не было. Только яркая и шумная ночная жизнь большого города на морском побережье. Очевидно, берег океана был недалеко, так как тянуло приятной свежестью. Поняв, что слежки нет, он направился к дверям офиса. Алексей поторопился за ним, толком ничего не понимая.
Внутри помещения был целый ряд изолированных кабин связи, в которых создавался стереоэффект присутствия. Алексей не понимал, зачем надо прибегать к таким сложностям. Ведь вполне можно было связаться по коммуникатору. Ну и что, что их разговор могут подслушать? Можно договориться о времени и месте встречи, говоря условными фразами, и не обсуждать подробности по открытой связи. Ох, мудрит Вальтер…
Войдя в одну из свободных кабин, Вальтер вставил свою банковскую карту в аппарат и предложил Алексею пока что сесть на диван. Он ведь раненый, как-никак. Сам же стал быстро набирать номер на пульте. Но вызываемый абонент не отвечал. Вальтер попробовал набрать еще несколько номеров, но с тем же результатом.
– Плохо дело, Алекс… Не отвечает Елена… Видать, что-то заподозрила… Да оно и неудивительно…
– Вальтер, ей-богу, ты можешь объяснить, что происходит? Что Елена заподозрила?
– Что я прибыл по ее душу…
– Ты?! Зачем?!
– Я же тебе говорил, что ты даже не представляешь, во что вляпался. Но теперь сиди тихо и ничему не удивляйся. Попробуем еще один вариант…
Вальтер снова стал набирать какой-то номер, и тут наконец ответили. В пространстве перед ними возникло изображение комнаты и стоящего возле аппарата связи подростка лет четырнадцати. Увидев Вальтера и Алексея, он вежливо поздоровался на немецком:
– Добрый вечер, господа. Что вы хотели?
– Здравствуй, Александр. Твоя сестра Аня дома?
– Да, дома. Позвать?
– Будь добр, позови, пожалуйста.
Мальчишка повернулся и прокричал на русском языке:
– Анька, иди сюда, тебя твой кавалер спрашивает!
– Какой еще кавалер?! Нет у меня никакого кавалера!
– Ну да, так я тебе и поверил! А он, видать, на тебя запал! Да ты не бойся, я никому не скажу!
– Дурак!
Мальчишка, посмеиваясь, ушел в другую комнату, а перед ними возникла черноволосая девочка-подросток примерно того же возраста. Даже скорее уже девушка. С удивлением глянув на незнакомых визитеров, она тоже поздоровалась на немецком и поинтересовалась, чего им собственно надо? Но Вальтер тут же перешел на русский.
– Здравствуй, Аня, можешь говорить по-русски. Ты нас не знаешь, но мне очень нужно срочно связаться с Ларой. Или с твоей мамой.
– С какой Ларой? А мамы сейчас нет дома.
– С той Ларой, что сейчас называет себя Еленой Крюгер.
– Простите, но я не понимаю, о чем речь. Вам что, поприкалываться захотелось?
Вальтер улыбнулся и неожиданно перешел на японский язык, сменив тон:
– Я не шучу, Сабуро-сан. Для этого я мог бы выбрать другое место и тему. Ларе грозит опасность. Я уверен, что и вы и ваша мать могут быстро связаться с ней. Вы понимаете, что я связался с вами не просто ради «поприкалываться»?
Последнее слово Вальтер произнес на русском, но девочка смотрела на него с удивленным видом и давала понять, что ничего не разобрала в речи собеседника.
– Простите, я не знаю кто вы и что вам надо. Если хотите, чтобы я вас понимала, то говорите по-русски, по-немецки или по-английски. А не на какой-то абракадабре.
Но Вальтер игнорировал ответ и продолжил на японском:
– Вы все прекрасно поняли, Сабуро-сан. Я знаю, кто вы. Хоть вы сейчас и носите имя Анна Миллер, но четыре века назад вы носили имя Сабуро Токугава. Имели чин капитана первого ранга императорского флота и командовали истребительной авиагруппой морской авиации. Ваш последний вылет состоялся третьего февраля тысяча девятьсот сорок пятого года. Именно тогда ваш истребитель был сбит в воздушном бою при атаке на американский конвой возле Филиппин, и вы не покинули свой самолет, а направили его на танкер, идущий в составе конвоя. А семь лет назад с вами произошло то, что медики называют спонтанной реверсивной деблокадой памяти. Вы вспомнили, кем были раньше, попав в похожую ситуацию на борту аварийного пассажирского шаттла. Понимаете, что я пришел поговорить с вами не для того, чтобы выглядеть всезнайкой, а имею на это весьма серьезные причины?
Девушка пристально смотрела на них и какое-то время молчала. Наконец, тоже заговорила на японском.
– Допустим, вы меня убедили в серьезности ваших намерений. Но что вам конкретно нужно? И кто вы такие?
– Мне нужна срочная связь или с вашей матерью, или с Ларой. Мы прибыли в составе экипажа балкера «Сармат», который стоит сейчас в космопроту Нойштадт. Больше пока сказать ничего не могу.
– Хорошо. Мамы сейчас нет дома, но я свяжусь с ней и дам номер терминала, где вы находитесь. Она сама свяжется с вами. Никуда не уходите.
– Благодарю вас, Аня-тян.
Вальтер склонился в традиционном японском поклоне, чем привел девушку в еще большее изумление. Она попрощалась и связь отключилась. Вроде бы первый контакт налажен. В тишине кабины связи раздались нечленораздельные звуки. Алексей оторопело хватал воздух ртом и не мог толком выговорить ни слова. Вальтер решил прийти ему на помощь.
– Глубоко вдохни три раза и потряси головой. От ошаления очень хорошо помогает.
– Т-т-так к-кто ты?! Ты на самом деле Хироёси Нисидзава?! Ты все вспомнил?! Ведь ты говорил по-японски!!! И что это за история с Сабуро Токугава?! Какое к ней отношение имеет эта девчонка?!
– Эта девочка, Анна Миллер – дочь генерала Ольги Миллер. Семь лет назад в стрессовой ситуации у нее произошла реверсивная деблокада памяти. Иными словами, она вспомнила, кем была в прошлой жизни. Поверь, это не сказки. Я знаю, что говорю.
– А ты кто?!
– Подожди, скоро все узнаешь. Я тебя предупреждал. Ты случайно влез туда, куда ни в коем случае влазить не следовало…
Несколько минут прошли в полной тишине. Вальтер сел на диван и думал о своем, а Алексей все пытался переварить свалившуюся на него информацию. Неожиданно пространство перед ними снова засветилось и возникло очередное объемное изображение. Вальтер поднял голову и увидел перед собой двух красивых женщин. Одну в черном генеральском мундире тайной полиции, другую в элегантном сером платье. Обе с нескрываемым интересом смотрели на собеседников. Вальтер встал.
– Здравствуйте, Ольга. Здравствуй, Лара. Я так и думал, что вы что-то заподозрили и приготовились.
– Здравствуйте, Вальтер. Давайте ближе к делу. Кстати, это ваше настоящее имя?
– Можно сказать, что настоящее. Другого имени у меня нет.
– Что вы конкретно хотите? Какой Ларе грозит опасность?
– Той, что находится рядом с вами. Я прекрасно знаю, где и в каком состоянии находится настоящая Елена Крюгер.
– Допустим. Но какая же опасность ей грозит и от кого? И чего вы сами добиваетесь, раз вышли на контакт со мной таким своеобразным способом?
– Подробно говорить по открытой связи мне не хочется. Могу сказать только одно. Я из того же гадюшника, что и Лара. Лара, генерал Майгель помнит о тебе. И именно поэтому я здесь. Но я не желаю тебе зла и хочу предупредить об опасности. Если не выполню задание, то вполне могут прислать кого-то еще.
– Вот как? Уже генерал? Спасибо за предупреждение, Вальтер. Но чего же ты добиваешься?
– Во-первых, познакомиться с тобой и вручить подарок, который наделал столько шума в Нойштадте. А во-вторых, сможешь ли ты поговорить с Майей и соединить меня с ней по закрытому каналу связи?
– С какой Майей?
– С твоей подругой Майей Рудель, в девичестве Вербицкой. С той, которую ты защищала всеми силами. И которая подарила тебе жизнь.
– А зачем она тебе?
– Хочу, чтобы ты попросила ее сделать со мной то же самое, что она сделала с тобой. Если получится…
– А почему не хочешь встретиться с ней лично?
– Боюсь, что это может быть опасно. После твоего побега меры по защите системы от несанкционированного доступа были усилены. И я не уверен, что ей удастся обойти все ловушки.
– И ты готов рискнуть? Вдруг ничего не получится?
– Готов. Мне все равно немного осталось. Так что терять мне абсолютно нечего. Обратно я не хочу возвращаться.
– Ладно, поговорю с ней. Но… Вальтер, а что это на тебя нашло? Почему ты решил меня предупредить? Ведь ты обязан выполнить приказ.
– Потому, что я тоже, как и ты, очень долго был человеком.
– Кто же ты есть на самом деле?
– Модель «Коммандос»…
Дальнейший разговор перешел в конструктивное русло с обсуждением конкретных деталей. Вальтер подробно описал инцидент с похищением и попросил забрать двоих задержанных преступников, до сих пор запертых в багажнике машины и доставить в клинику пострадавшего Алексея, случайно оказавшегося замешанным в этой историю. Когда все вопросы были согласованы, и Ольга попросила их подождать в своей машине, отключив связь, Вальтер облегченно вздохнул и направился к выходу. Алексей в полном недоумении шел следом. Когда они вышли на сверкающую огнями шумную улицу, Вальтер с улыбкой посмотрел вокруг. У него есть шанс. Хоть и мизерный, но есть… Ему поверили
– Садись в машину, командир. Скоро за нами приедут. Тебя в клинику отвезут… А мне еще кое с кем надо встретиться…
Сев в машину, Алексей дал волю эмоциям. Он абсолютно ничего не понимал и задавал кучу вопросов. Вальтер слушал не перебивая. Наконец, поток красноречия иссяк.
– Ты так до сих пор ничего и не понял?
– Ни хрена не понял!!! Что это за ахинею вы с Еленой несли?! И почему ты говоришь, что она не Елена? А кто же тогда? И кто ты сам, в конце концов?
– Командир, я тебя предупреждал, что ты сунул нос туда, куда совать не следовало. Теперь ты носитель секретных сведений со всеми вытекающими обстоятельствами. Я – модель «Коммандос». Боевой киборг, созданный в секретном подразделении МГБ, получившем название «отряд семьсот тридцать один». По аналогии с подобным отрядом Квантунской армии Японии. Елена Крюгер, которую ты знаешь, это Лара. Боевой киборг модели «Снежная Королева». Два года назад она была неправильно активирована, в результате чего вышла из-под контроля и бежала. Я направлен для ее ликвидации. Модель «Снежная Королева» относится к классу разведчиков-диверсантов, действующих в одиночку на вражеской территории. Она может изменять свою внешность, принимая облик любой женщины, но за счет этого не обладает такой силой, скоростью и реакцией, как модель «Коммандос». Хотя ее возможности значительно превосходят аналогичные параметры человеческого организма. Модель «Коммандос» – боец. Она не обладает способностью к трансформации тела, но за счет этого резко повышаются боевые возможности. Если провести аналогию с воинами древности, то «Снежная Королева» – это ниндзя, которая делает все скрытно, страясь не шуметь и не попасться на глаза. А «Коммандос» – закованный в броню латник, действующий открыто и сметающий все со своего пути грубой силой. Я своего рода универсальный солдат. Могу быть пилотом, танкистом, десантником, кем угодно. В том числе и бойцом спецподразделения по действиям против киборгов вроде Лары. Иными словами, Лара запросто справится хоть с десятком, хоть с сотней бойцов твоего уровня. А я запросто справлюсь с Ларой.
– А как же Вальтер Хартман?
– Вальтер Хартман умер в госпитале. И его место занял я. Но мне заблокировали память, создав аналог личности Вальтера. Ограничили также мои физические возможности, чтобы я особо не отличался от обычного человека. Одновременно зачем-то подсунули образ личности Нисидзавы, который активировался во сне. Возможно, считали, что это станет известно и мной заинтересуется Анна Миллер? Ведь она тоже в прошлом – пилот японской авиации, принимавший участие в той же войне на Тихом океане, что и Нисидзава. И через нее мне бы легче было выйти сначала на ее мать, а потом и на Лару. Не знаю. Мне не дали заранее всех деталей предстоящей операции.
– Но зачем такие сложности? Почему нельзя было просто отправить тебя на задание с целью ликвидации этой Лары?
– Думаю, специально хотели усыпить ее бдительность. Ведь подобраться к Ларе практически невозможно. Она заранее почувствует опасность и сбежит. И она, несомненно, навела обо мне все возможные справки перед нашей встречей. Что и говорить, задумано неплохо. И весь этот сложный многоходовой план, потребовавший очень длительной подготовки и имевший все шансы на успех, поломала нелепая случайность. Контора не предусмотрела, что какой-то придурок-мажор, помешанный на ревности и считающий, что ему все сойдет с рук, устроит на меня охоту.
– Охренеть… До чего додумались в конторе… Но как же тебя не раскрыли за все это время? Ведь ты служил на авианосце и общался с сотнями людей! Да и плановые медосмотры как проходил?
– А ты как со мной общался на «Сармате»? Вот по поводу медосмотров мне самому непонятно. Скорее всего, медики были из «конторских» и все знали. Да и распознать с первого взгляда киборга даже опытному врачу невозможно. Я – точная копия человеческого организма. Только сделанная из кибер-ткани, имеющей другую структуру. Но внешне неотличимую от человеческих тканей. Питание тоже аналогично человеческому организму – я ем ту же пищу. Только могу обходиться без нее гораздо дольше. Причем как без пищи, так и без воды и без кислорода в атмосфере.
– Полный песец… Но что же ты должен был делать дальше, если бы не этот придурок со своей вендеттой? И как вообще получилось, что ты все вспомнил?
– Точно не знаю, деталей операции у меня нет, только общие указания. Встретиться с Ларой, а после этого кто-то должен был снять с меня блокировку и дать команду приступить к ликвидации. Я уверен, что тут полно агентов МГБ. И для того, чтобы вступить в контакт со мной, не обязательно находиться рядом. Я принимаю устойчивые сигналы, активирующие мою систему, с расстояния до двух сотен метров. То есть, план был вполне реален. Если бы не эта нелепейшая случайность. А как вспомнил? Подробно рассказывать сложно, и вряд ли ты все поймешь, но при объяснении на пальцах выглядит примерно следующим образом. В случае возникновении угрозы нанесения вреда у меня автоматически снимаются все блокировки, и я получаю доступ ко всей памяти и моим возможностям, проходя через состояние мнимой клинической смерти. Но при этом запускается таймер обратного отсчета времени, ограничивающий мое функционирование. Если таймер периодически не переустанавливать, то после истечения заранее установленного времени, работа моей системы будет блокирована. Я потеряю сознание и превращусь в неподвижную куклу. А еще через сутки сработает самоликвидатор, и от моего тела останется один пепел.
– … … …твою мать!!! И сколько тебе осталось?!
– Три месяца… Если Майе не удастся взломать мою программу и заблокировать таймер с самоликвидатором и системой приема команд извне, как она это сделала с Ларой. Как видишь, командир, мне терять нечего. Либо три месяца жизни, если ничего не предпринимать, либо – бессмертие. Тела киборгов не изнашиваются. Это свойство киберткани, до сих пор так и не получившее объяснения. Поэтому есть смысл рисковать.
– … … … …!!! Но как получилось, что ты не выполняещь приказ? Ведь если ты киборг, то должна быть предусмотрена защита от подобных случаев?
– В данный момент я обладаю полной автономностью своих действий, так как активация системы со снятием блокировок произошла в аварийном режиме, без команды извне. Если же поступит команда на активацию моей системы с установкой приоритета извне, то тогда не смогу ослушаться. Но пока такой установки приоритета нет, я полностью автономен.
– И именно это заставляет тебя поступать… как человек?
– Вот именно, командир… Я очень долго был человеком
Назад: Глава 10
Дальше: Глава 12