Книга: Указанная пророчеством
Назад: НОЧЬЮ В ЛОНДОНЕ
Дальше: СОЧЕЛЬНИК

БАЛЬНОЕ ПЛАТЬЕ

— Анна? Это я, Фелисити!
Я всякий раз чувствовала себя преступницей, когда оказывалась перед дверью квартиры сестры. Жила она в серой и унылой части города — в Бромли, но считала, что жизнь ее «вполне удачна».
Ее муж Джереми трудился, как и мой брат Филип, в Лондонском городском аэропорту. Анна уже два года нянчила сына и не работала. Няню они себе позволить не могли, и Анне, кажется, даже нравилось сидеть дома с маленьким Джейкобом. Она ладила со всеми соседями, среди которых было полно таких же, как она, матерей-домохозяек. Они регулярно собирались либо позавтракать вместе часов в восемь утра, либо на посиделки вечерком. Анна стала у них вроде как главной. У нее не смолкал телефон, постоянно кто-то заходил.
На этот раз постучала в ее дверь я. Камера над подъездом, конечно, так, только для вида, не работает. Жесткий голос со свинцовым призвуком произнес из домофона «Кто там?», зажужжало открывающее устройство, слышное, разумеется, всем соседям, и я вошла в подъезд, как будто проникла в Форт-Нокс.
— Заходи, — раздался голос сестры из темноты квартиры, перекрывая детский крик.
На кухне Анна пыталась накормить Джейкоба картошкой и шпинатом. Он отчаянно упирался и постоянно вышибал из ее руки ложку.
— Джейкоб, это здоровая пища, надо поесть, — увещевала мать двухлетнего ребенка с нетерпением в голосе.
Когда она увидела меня в дверях, рука ее с ложкой совсем поникла.
— Не знаю, что делать, чтобы он ел. Шпинат важен для костей, а он не ест!
Джейкоб воспользовался моментом и опрокинул на пол всю миску.
Анна вздохнула, стала убирать еду с пола и, чтобы он перестал верещать, сунула сыну в ладошку целую шоколадку.
— Умно ли это? — спросила я, глядя, как племянник тут же весь перемазался шоколадом.
— Нарожай своих, тогда будешь воспитывать! Посмотрю я на тебя тогда! — огрызнулась сестра.
Я только плечами пожала. Ее сын, не мой, сама разберется. Я за другим пришла.
— Анна, мне нужна помощь, — приступила я к делу, — у тебя сохранилось твое платье с выпускного? Синее?
Платье от Йона было сказочным, но я решила не дразнить им «звездный клуб».
— Неужели тебя пригласили на бал? — изумилась сестра.
— Нет, но все мои друзья туда пойдут, — сухо ответила я.
— Какие друзья?
Опять двадцать пять! Что ж такое! Мы — Филлис, Николь, Кори, Руби, Джейден и я — уже семь лет неразлучны, но Анна упорно полагает, что я все так же одна, как десять лет назад, когда мы переезжали в Лондон из Корнуолла. Она по-прежнему видела меня маленькой, тупенькой, нелепо торчащей из школьной формы, с длинными тощими косичками.
Услышав мой короткий ответ, она больше спрашивать не стала, остальное ее не интересовало.
— Подожди, пойду поищу, последи за ребенком.
Мой племянник только внешне напоминал херувима с полотен Возрождения, а на самом деле был полной противоположностью ангелочкам. Он недоверчиво уставился на меня.
— Буржуй ты избалованный, вот ты кто, — тихо произнесла я.
Он поглощал шоколадку.
Я еще раз протерла мокрой тряпкой пол вокруг того места, куда плюхнулся шпинат. Судя по всему, пол здесь давно уже не мыли. Я быстро убрала тряпку обратно под мойку.
— Ну что, пойдем почитаем книжку? — Я вынула ребенка из его высокого стульчика.
Он тут же сбегал к себе в детскую и принес игрушечный экскаватор.
— Ладно, давай играть с экскаватором, — согласилась я.
Мы как раз строили для машины полосу препятствий, когда вернулась сестра.
— Вот оно. — Анна подняла на вытянутых руках синее платье без единой складочки, длинное, в пол, похожее на реликт эпохи Грейс Келли.
— Ух ты! — выдохнула я. — Красота!
— Померь, может, не налезет. Ты всегда была толще меня, — отозвалась сестра со своей обычной прямотой.
Я отправилась в гостиную, надела платье и с радостью отметила, что оно мне даже немного великовато. Это все мои еженедельные пробежки с Ли и Джейденом! Однако Анне об этом лучше не знать, а то, чего доброго, не даст платье. Она всегда хотела быть лучше всех, пусть и за чужой счет. Я сняла платье, упаковала в пакет и вернулась на кухню.
— Пойдет, — сообщила я, — бал в начале января. Воздержусь от сладкого, тогда оно на меня налезет.
Она не возражала. Джейкоб потянулся к пакету своими шоколадными пальцами. Пакет пришлось тут же спрятать.
— Господи, Фелисити, что ты дергаешься-то так? Он просто хочет посмотреть, — упрекнула меня сестра.
— Пусть смотрит с чистыми руками, — отрезала я.
— Ну ладно тебе, — фыркнула Анна, — это всего лишь пакет! Дай ему пощупать или ищи себе другое платье.
Стиснув зубы, я протянула ребенку пакет, который он тут же облапал своими липкими пальцами и залез внутрь, оставив коричневые отпечатки на подоле.
— Я пойду, спасибо за платье, — прошипела я. Надеюсь, пятна можно будет вывести.
— Пойдем, Джейкоб, тетя Фелисити не привыкла к детям. Может, ей лучше провести праздники дома.
Малыш заплакал, когда у него отобрали новую забаву. Анна взяла его на колени и бросила на меня ядовитый взгляд.
Я постаралась исправить положение, насколько еще было можно.
— Принести что-нибудь к столу на Рождество? — спросила я. — Десерт там какой-нибудь?
— Ты же каждый год приносишь, чего спрашивать! — огрызнулась сестра. — Конечно, принести. Я же не могу одна обо всем беспокоиться. Братец Джереми притащится. Наведи красоту, что ли. Может, он тебя наконец заметит.
— Ладно, тогда увидимся через четыре дня. Принесу десерт. — Я покинула этот гостеприимный кров и с облегчением вздохнула, закрыв за собой дверь.
Брата Джереми мне не надо ни даром, ни с приданым! Век бы его не видать!
Однако не зря я таскалась сегодня сюда, как в Каноссу: теперь у меня есть платье и я могу идти на бал!
Назад: НОЧЬЮ В ЛОНДОНЕ
Дальше: СОЧЕЛЬНИК