Книга: Указанная пророчеством
Назад: В ПАБЕ
Дальше: ПРЫЖКИ

КИНО

Но таблетки мне не помогли. Как только их действие заканчивалось, возвращалась ноющая боль, причем раз от разу все сильнее.
Около семи вечера я зашла в ванную, чтобы принять очередную таблетку, и тут в глазах у меня все поплыло, и ванная исчезла, а моему изумленному взору открылись какие-то поля, грязные и размокшие от дождя. Вдалеке — холм. Дождь льет как из ведра. Ноги у меня тут же намокли. Оказалось, я стою по колено в ручье, а передо мной, как мне показалось, какой-то бык. Огромный бык. Он храпел. В ужасе я попятилась, оступилась, поскользнулась и рухнула спиной в грязь. Холодно. Пронзительно холодно. Поле как будто было слегка припорошено снегом. Рогатое чудище взревело и угрожающе опустило голову. Я заорала. И снова очутилась в нашей ванной. Хотелось бы мне, чтобы это был сон или обморок, но только ноги у меня были насквозь мокрые и ледяные, а вся спина в грязи. Я присела на край ванны и полезла в шкафчик за таблетками. А таблеток-то больше и не было. Кончились!
Я перерыла весь дом, даже к матери в шкаф осмелилась заглянуть. Там только папки с документами. Счета, счета, счета. И предупреждения.
Зазвонил телефон. Филлис сообщила, что через час мы встречаемся на Лестер-Сквер перед «Бургер-Кингом». Я колебалась. Лучше бы мне остаться дома, лечь в постель с холодным компрессом и заснуть поскорее, чтобы больше не чувствовать никакой боли. Но если я к ним не приду… Они же все припрутся ко мне. Филлис потащит меня в зубную скорую помощь, а это двойной гонорар и прибавка за работу в субботу вечером. А еще, не дай бог, появится Ли. Ни за что не пущу его в наше убогое жилище. И вообще, вот здесь мне никого не надо! Поэтому я собралась и с распухшей щекой поплелась на Лестер-Сквер. По дороге зуб разболелся не на шутку, мне уже ни до чего не было дела.

 

— Как ты, Сити? — кажется, кто-то задал вопрос.
— Что? — переспросила я.
Несколько пар глаз уставились на меня. Площадь, как всегда по субботам, переполнена, шум, гам, толпа народу осаждает кинотеатр, премьера, красная дорожка, знаменитости. Но меня занимал только больной зуб.
— Пошли в кино? — опять спросили меня.
— Какой фильм? — как можно незаметнее поглаживая рукой опухшую щеку, спросила я.
— Ужастик. «Кровавые враги».
Ах ты господи!
— А другого ничего нет?
— Какая-то вампирская любовь среди подростков в колледже, — объявил Джейден, — мы этого добра уже насмотрелись!
— А мне нравится! Да! Руби, что скажешь?
Ответ я знала заранее.
— Я бы охотнее посмотрела про вампирскую любовь, — призналась Руби, — там Ричард Косгроув играет.
Ну вот и славно!
— Николь, а ты что предпочитаешь? — решил узнать Кори.
Николь колебалась. Ей был больше по сердцу фильм о влюбленных вампирах, но безумно хотелось посидеть в темноте зала рядом с Кори, смотря триллер, чтобы в нужный момент схватить Кори за руку.
— Я думаю… я лучше ужастики… — промямлила Николь.
— С чего это? — удивился Джейден. — В последний раз ты вопила, что неделю не будешь спать.
Николь метнула в его сторону убийственный взгляд.
— Давайте каждый пойдет смотреть тот фильм, который ему хочется, — дипломатично предложила Филлис, — пока что трое против четырех.
Прекрасная идея! Хотя лично меня все больше терзала боль в десне и было уже не до кино. А потом я увидела весь «звездный клуб», который в полном составе и при полном параде тоже собрался в кино. Только этого не хватало! Я была уверена, что они сейчас на вампирской вечеринке в клубе «Коко». Филлис проследила за моим взглядом, остальные уставились куда-то мимо меня и радостно завопили:
— Ли!!!!
Я обернулась, и правда: вот он — разумеется, в центре внимания. Даже те, кто пришел на премьеру, не могли отвести от него восхищенных глаз.
Николь готова была броситься к нему и повиснуть у него не шее. Но там уже висела Страттон и губами изо всех сил тянулась к его губам. Но целовать ее он не стал, по-братски обнял и поставил на землю. Но в кино все-таки собрался со звездами, а не с нами.
В первую секунду меня бросило в жар и сердце заколотилось. Потом меня сковал холод. Как мне быть, как вести себя с ним после того, что было? А может, мне во все и не надо с ним общаться? Он со звездами, пусть с ними и остается!
Но мне не повезло. Спустя некоторое время он к нам присоединился, к восторгу моих друзей. Ли тоже был нам рад. Когда он посмотрел на меня, я отвела глаза.
— Здорово, что ты вернулся, — обрадовалась Филлис.
Он пожал ей руку.
— Рад вас всех увидеть. — Он обнял Николь (она вспыхнула, глаза ее заблестели) и кивнул Руби: — Спасибо, что написала мне эсэмэс.
— Мы тут размышляем, на какой фильм пойти, — сообщила Филлис, — никак не решим. Мнения разделились.
— Давайте разделимся, — подал голос Кори, — фильмы идут примерно в одно и то же время. Потом здесь же опять и встретимся.
— Что-то случилось? — обратился Ли ко мне.
— Все в порядке, — соврала я.
Он недоверчиво прищурился.
— Я тоже иду в кино, правда, — заверила я.
Мне хотелось в кино. Честное слово. Вампиры — это, конечно, совершенно нереальная история, но мне нравилась сама идея: ради любви некто восстает против собственной природы. Романтично! И даже если этот фильм — сплошной китч, я хотя бы полюбуюсь на Ричарда Косгроува.
— Давайте голосовать, — предложил Кори, — кто идет на хоррор?
Две руки: Кори и Джейден.
— Ли? И ты собираешься на этот сопливый китч? — изумился Джейден.
— Да, я с барышнями, — подтвердил Ли, — вдруг им понадобится помощь. Кто знает, что могут выкинуть эти вампиры.
— А ты? — Кори уставился на Николь.
— Э-э-э… — покраснела Николь. — Нет, пожалуй, мне не до ужасов.
Еще бы! Если Ли идет на фильм про вампиров, то Николь, разумеется, тоже. А вслед за ней и Руби, и Филлис. Мне же теперь ни в какое кино не хотелось совсем.
— Что случилось, Фелисити? — спросил меня Леандер, когда мы стояли в очереди в кассу.
Что случилось? Да так, пустяки: просто у меня темно в глазах от зубной боли, а еще меня страшно нервирует и беспокоит, что я почему-то могу слышать его мысли.
— Это ты мне скажи, Ли, с какой стати я могу слышать твои мысли? — выпалила я.
— Слышишь мысли? — Он наморщил лоб.
— Да ладно тебе, Фитцмор, не делай вид, что не знаешь. Ты вообще довольно странный тип.
— Странный тип? — Ли помрачнел. — А ты? Кто ты? Ты только что сказала, что ты телепат.
— Не вали с больной головы на здоровую! Где ты был? Куда ты пропал? Возник в пабе и снова пропал! Как это понимать?
— Я обязан перед тобой отчитываться? — огрызнулся он.
— Я имею право спросить. Ты исчез после того, что с нами случилось тогда на улице.
Он молча повернулся и пошел прочь. Я попыталась его остановить, схватила за руку, и меня снова тряхнуло. Довольно сильно. Ли тоже вздрогнул всем телом и посмотрел на меня с каким-то странным выражением. Хотел что-то сказать, даже рот открыл, но промолчал.
В это время Николь сзади тронула его за плечо, и он как будто обрадовался, что может отвлечься от меня. Я потерла руку. Электрический разряд пробежал по руке до самого больного зуба. Боль усилилась и стала невыносимой. Мне стало дурно. Ни о каком кино речи быть не могло. Я дернула за рукав Руби.
— Мне надо домой, — шепотом объяснила я, чтобы никто больше меня не слышал, — зуб разболелся, я пойду. Извинись за меня перед другими, пожалуйста!
Не дожидаясь ответа, я стала продираться через толпу к выходу, но не тут-то было. Меня кто-то схватил за плечо, и опять тряхнуло. Понятно, кто это. Даже оборачиваться не нужно.
— Отчего просто не сказать, что у тебя болит зуб? — упрекнул Ли. — Я же все вижу.
— Толку-то? Мне надо принять таблетку, и все опять будет хорошо.
— Не будет, — он покачал головой. — Руби говорит, ты уже несколько дней мучаешься. Тебе надо к врачу.
— Мне нужны покой, таблетка и сон.
— Боишься зубного врача? Или нечем заплатить?
— Не пойду к врачу, и все! Я иду домой. Я забыла дома таблетки.
— Я могу тебе помочь.
— Не надо! — Я рванулась вперед и наступила на ногу какому-то мрачному лысому дядьке-великану. Я бросилась извиняться. Ли кинул на него только один взгляд, тот что-то злобно промычал, но сразу же замолк и снова встроился в очередь. Мне тоже хотелось исчезнуть. Ли наводил на меня жуть.
Он под руку притащил меня обратно на Лестер-Сквер и потребовал:
— Покажи зуб. Я уверен, что могу тебе помочь.
— Я не буду разевать рот посреди площади. Пусти, я пойду домой. Завтра я буду в порядке.
Я уперлась, и ни шагу дальше. В это время Ли дунул мне в лицо. Я почувствовала запах гвоздики, шалфея, мяты и нашатыря. На секунду во рту у меня все онемело, язык будто отнялся. А потом заморозка улетучилась, и во рту закололо, как колет руку или ногу после того, как их отсидишь или отлежишь. Ощущение было такое, будто я только что тщательно вычистила зубы и прополоскала рот специальным снадобьем. Свежо, чисто, легко и приятно. С тех пор как я носила брекеты, это ощущение было мне неведомо. А главное — боль прошла. Как ветром сдуло! Что это было? Фитцмор дунул мне в рот и боль ушла?
Я отшатнулась. Ли в эту секунду выглядел странно и неприятно.
— Это не то, Фелисити!
— Что? Что не то? Не то, что я думаю? — Сердце у меня тревожно забарабанило. По спине побежал холодок. — Я тебе скажу, что я думаю! У меня болел зуб, а ты дунул, и все прошло! И не смей мне рассказывать, что мне это привиделось! Ты манипулируешь людьми, и это мне тоже не привиделось. И умеешь говорить, не шевеля губами! Кто ты такой? Гипнотизер?
Ли молчал и, кажется, придумывал, как бы отговориться.
— Знаешь что! — решила я. — Хватит с меня! Оставь меня в покое! И не подходи ко мне больше!
И я пошла домой. Я боюсь его, теперь я точно это знала.
ЧЕРТ ЗНАЕТ ЧТО!
Всю ночь я не могла уснуть, лежала и думала, что это было. Зуб больше не болел. Часа в четыре утра я забылась мутным, беспокойным сном. И опять видела чудной сон. Мужчина, голый до пояса, стоял спиной ко мне. А на лопатках у него какие-то темные утолщения, желваки, что ли, сантиметров десять в длину. Такие бывают у лошадей на ногах. Человек повернул голову, и я увидела, что из ноздрей у него вырвались струйки дыма.
Я проснулась еще более измученной и несчастной, чем ложилась.
Весь день я помогала матери в пабе, в восемь вечера она отпустила меня домой, где я рухнула от усталости в кровать. В эту ночь я спала хорошо и не видела никаких снов. Выспалась, вовремя проснулась, приняла душ и бодро примчалась в школу, наконец-то не опоздав на первый урок.
Ли стоял у своего шкафа рядом с моим.
— Хорошо выглядишь, — объявил он, хотя я готова была поклясться, что он на меня даже не посмотрел.
— Спасибо, — отвечала я, имея в виду не только его комплимент.
— Слушай, давай… — начал было он, но тут нас окружили мои друзья и наперебой стали спрашивать, болит ли зуб.
— Нет, больше не болит, таблетки помогли, — соврала я. А Ли в это время исчез.
Когда я вошла в класс, он уже сидел за нашей партой. Я молча села рядом, и тут, к счастью, появился мистер Селфридж. Ли заговорил со мной снова лишь спустя шесть часов, на большой перемене, в столовой.
— Фелисити, не сердись. Я правда только хотел помочь.
— Я не сержусь, — ну что тут еще скажешь.
Он недоверчиво засопел.
— Правда не сержусь, — подтвердила я, — мне просто жутковато.
— Извини. Я не хотел. Разве мы не можем просто дружить?
Я посмотрела на него снизу вверх. А он, почти на две головы выше меня, умоляюще глядел на меня сверху вниз. На его лице не было никакой издевки.
— Можем, конечно, — согласилась я, — я даже пожала бы тебе руку, да вот боюсь, меня так шибанет током, что я отлечу в дальний угол.
Ли расплылся в улыбке:
— Не надо бояться. Это мы уладим.
Мы присоединились к моим друзьям за их столиком. Кори тут же завел с Леандером разговор о футбольной команде колледжа. Филлис переводила испытующий взгляд с меня на Ли и обратно. Тут подошла Страттон.
— Ли, милый, — запела она обиженным тоном, — ты меня совсем забыл.
— Присаживайся, Фелисити, — миролюбиво отозвался Ли и придвинул ей стул, — Кори как раз рассказывает мне о футбольной тренировке, которую я прогулял.
Фелисити метнула на Кори взгляд, каким смотрят на пустое место. Кори попытался улыбнуться — улыбка вышла неуверенной и кривой.
— Ли, мне надо поговорить с тобой наедине, — Страттон решительно взяла его под руку, — пойдем?
Ли перехватил ее руку, притянул ее к себе и усадил на колени.
— Страшно надоело выбирать между двумя Фелисити! — пошутил он при этом и посмотрел на меня.
— Не из кого выбирать. Фелисити — это я, — заявила Страттон, придвигаясь ближе к Ли, — а она — Город.
— Мне не нравится это Сити, — заявил Ли, снова глядя на меня, — лучше я буду звать Фелисити Фей.
Я едва не подавилась.
— Фей! — взвизгнула Страттон. — Еще бы прекрасной эльфийкой назвал! Шутишь, что ли! Какая из нее фея! Она больше похожа на бегемота!
Если бы взглядом можно было убить, то Страттон пронзила бы меня, как шпагой. Я выпрямилась и тоже взглянула на нее. Пусть я не эльф, зато она настоящая ведьма! В сказке она бы сейчас превратилась в старую уродину с крючковатым носом, чья красота — лишь наваждение, мираж, вызванный испарениями гнилых болот. Но мы, увы, не в сказке, и Фелисити осталась так же хороша, как и была. Ли наклонился и зашептал ей на ухо:
— Что ты хотела мне сказать?
Страттон растаяла у нас на глазах.
— Синтия в пятницу устраивает антихеллоуинскую вечеринку, — проворковала ведьма, — настоящую вечеринку, без этих идиотских костюмов. Ты, разумеется, приглашен. Вместе со мной.
Да, далеко пойдет тот, кто будет сопровождать Фелисити Страттон. Она откроет ему все двери Лондона. У нее с этим все в порядке, все схвачено. Ее папа — член парламента, и одно его слово означает солидную протекцию в столице. Он вхож в крупнейшие концерны, в правительственные круги и общественные организации, состоит в элитном клубе настоящих джентльменов.
Мы затаили дыхание в ожидании: что скажет Ли? Я была почти уверена, что согласится. И тогда Страттон официально объявит их парой и на Фитцмора повесят ярлык «Парень Фелисити Страттон».
— Фелисити, — медленно проговорил Леандер, — неужели тебе не говорили, что в компании приглашать только кого-то одного — невежливо?
Мы обалдели: еще никто в школе никогда, ни разу не смел сделать выговор Фелисити Страттон. Никто и не пытался, даже учителя.
Вероятно, поэтому Страттон не поняла, что Ли только что ее отчитал.
— А как ты думаешь, — зашелестела она в ответ, — почему я хотела поговорить с тобой наедине?
Никто из нас не рассчитывал на реакцию, которая последовала.
— Спасибо, — произнес Ли, — от имени всех присутствующих я принимаю твое приглашение.
Представляю, какой дурацкий у нас сделался вид. Кори, Николь, Филлис и я выпучили глаза и разинули рты. Джейден и вправду подавился. Руби со стуком выронила вилку, и я очнулась. Фелисити поглядела на шестерых придурков за столиком. Можно только догадываться, что она в этот момент подумала. Впрочем, все думали примерно одно и то же.
Фелисити не посмела отказать Леандеру. Она поднялась с его колен и, как в трансе, проследовала к своему столику. А мы наконец пришли в себя.
— Ух ты! — выдохнул Кори. — Приглашение к этой Ньюмаркет! Первое и, разумеется, последнее.
— Что принято надевать на антихеллоуинскую вечеринку? — спросила Николь у Филлис. Та только пожала плечами и поглядела на Руби.
— Предлагаю сегодня вечером совместно перерыть наши шкафы в поисках чего-нибудь подходящего, — неожиданно рассудительно отозвалась Руби.
— Начнем с тебя, Фелисити? — предложила Филлис.
— Я не пойду на вечеринку, я обещала помочь матери в пабе в пятницу.
— Нельзя же постоянно пахать в пабе, — неодобрительно покачал головой Джейден, — ты даже ничего не зарабатываешь! Ты несовершеннолетняя. Ты на этой работе состаришься раньше времени. Ты же имеешь право на свои радости в жизни.
— Джейден прав, — согласилась Филлис, — я уговорю твою мать. Ты пойдешь с нами на вечеринку.
Тьфу ты, пропасть! Очень мне надо! Я и не хочу вовсе тащиться к этой Ньюмаркет на ее отстойную вечеринку! Что за радость, что за удовольствие торчать на празднике у высокомерной снобки, которая, как и весь этот «звездный клуб», нас презирает!
За звездным столиком новость Страттон повергла Синтию в отчаяние и бешенство.
— Ага! — ликовал Кори. — Назло припрусь! — И он удовлетворенно откинулся на спинку стула.
— Я не пущу к себе домой эту вонючку Город! — вопила Синтия. — Мои родители решат, что я якшаюсь с алкоголиками!
Кровь ударила мне в лицо. Стряпня Матильды в миг потеряла всякий вкус. Замутило. Я рванулась вон из кафетерия в туалет, чтобы меня не стошнило прямо за столом, но на полпути меня поймал Ли, пахнув запахом мхов и ветра и снова ударив меня электричеством.
— Дыши глубоко и не беги, — велел он, — держись прямо, пусть они видят, что ты для них неуязвима.
Я хотела было ответить, что меня сейчас вырвет прямо посреди столовой, но желудок вдруг успокоился, рвотный спазм прошел. Мне стало лучше. Оттого, что Ли крепко обнял меня за талию и низко наклонился ко мне? Или бог его знает отчего. Мы вышли во двор, я совсем успокоилась и осторожно освободилась от его объятий.
— Спасибо, ты меня снова спас, — обратилась я к Фитцмору.
— На здоровье, — серьезно, без улыбки отвечал он, прислонившись к одной из колонн входа и разглядывая меня.
И вдруг он мне снова показался ужасно близким, почти родным. Откуда я его знаю? Где и когда встречала прежде?
— Почему ты позволяешь им так себя оскорблять? — спросил Леандер.
— А что я могу сделать? — Я пожала плечами.
— Сопротивляться. Дай сдачи!
— Ага, как же, — угрюмо отозвалась я, — одно неверное движение — и я вылечу из колледжа. Эти снобы заявят, что я первая начала, и угадай, кому поверят учителя? Пафосным высокопоставленным куклам или невзрачной задрипанной «алкоголичке», у которой мать тянет лямку в постылом баре и никогда не является на родительские собрания?
— Ты не алкоголичка, — перебил он, — ты же не пьешь.
— Об этом знают мои друзья и ты. А учителя чуют только, что от меня разит спиртным и табаком. Заведение моей мамаши пропитано куревом, хотя там давно уже запрещено дымить!
Я понемногу выходила из себя, потому что Ли заставил меня признаться в том, что я так тщательно старалась скрыть. Потому что он напомнил мне, как скорбно и убого мое происхождение и существование. Потому что… Да потому, что это не его дело! И никого вообще не касается, кроме меня одной! Кто он такой, чтобы вмешиваться в мою жизнь? Смазливый герой неопределенного рода занятий! Чужак! Посторонний с жутковатыми способностями заговаривать зубную боль и тошноту.
Он быстро сверкнул глазами. В тот же момент у нас за спиной раздались голоса.
— Корова безмозглая! — верещала Синтия. — По твоей милости я должна теперь принимать у себя эту кучку лузеров! — Тут Синтия заметила меня. — Мать будет в обмороке! Они же черт знает какого происхождения! — выкрикнула она истерически, глядя мне прямо в глаза.
Я нервно сглотнула, но ничего не успела ей ответить, потому что Ли решительно шагнул к Синтии, напоминая хищного зверя, готового к прыжку. Я рефлекторно схватила его за руку. Он дрожал всем телом от нервного напряжения и гнева. Если он рванет, я его уже не удержу. Его вообще уже будет не остановить.
Синтия, Фелисити, Джек и Ава, остолбенев от изумления и страха, выпучили глаза на Фитцмора. Я их понимаю, мне самой было страшно. Я сильнее стиснула его руку. Она казалась раскаленной. Еще немного, и она начнет плавиться и сольется с моей. Но я не отпускала.
— Пойдем, — тихо попросила я, — нам надо подготовиться к биологии.
Он еще секунд десять не отвечал, не реагировал. Потом я потащила его за собой. «Звездный клуб» остался позади и все так же таращился на нас с ужасом.
— Извини, — произнес он, кода мы вошли в здание школы и спрятались в кладовке с ящиками, — я не хотел, чтобы ты видела меня таким.
— Господи, да я тебя боюсь! — призналась я. — Чему вас только учили в этой вашей американской школе!
Сердце колотилось от страха. Он едва не растерзал Синтию. От стресса у меня затряслись и подкосились ноги, я сползла по стенке и тяжело опустилась на какую-то коробку.
— Фей, — восседавший на ящике Ли явно пришел в себя, — пожалуйста, не бойся меня. Я просто страшно разозлился.
— Это я заметила!
— Вообще-то я миролюбив и избегаю конфликтов, — признался он, — но не выношу подобного свинского поведения. Выхожу из себя. А тут тем более как раз… — Он осекся и пристально поглядел на меня.
Что как раз? Что он хотел сказать? Как раз я тут? Лучше пусть молчит, не надо ничего говорить и тем более не стоит за меня заступаться. Толку-то!
Элегантным движением он встал и шагнул ко мне. Я вздрогнула, отступила назад и прижалась к двери.
— Фелисити… — заговорил Фитцмор, проникновенно глядя на меня.
Я заставила себя собраться. Он, как видно, тоже уже пришел в норму.
— Пошли, — я нащупала ручку и распахнула дверь, — мисс Гринакр будет нас ждать.
— Я тебе докажу, что тебе не следует меня бояться. Никогда, — шепнул Ли.
Я промолчала. У нас впереди еще полтора года в колледже. А потом пути наши разойдутся. Так я думала в тот момент.
Назад: В ПАБЕ
Дальше: ПРЫЖКИ